Строптивый

— Может, тебе завязать с выпивкой, пока она не ударила тебе в голову? — я мог бы сказать, что она вольна делать всё, что хочет, но я всё же дико хотел её защитить.

— Ага, может, ты и прав. Уверена, этот уже подкрадывается.

Я улыбнулся и сделал жест, указывая нам обоим выбираться из кухни. Девушка рядом со мной была единственной, с кем я хотел бы провести время на этой вечеринке.

Мы около двадцати минут оставались в сторонке, когда один из ребят, из зала, подошёл к нам поговорить. И я заметил, как изменилось её поведение. Кассандра опёрлась рукой о стену, её глаза блестели, а все запреты пали. Она разговаривала с девушкой, которую, как я понял, даже не знала.

Кассандра была пьяна. Это было ясно по чересчур оживленным движениям её руки, улыбкам, которые она дарила незнакомцам, и тому факту, что ни в один из других дней она не была такой разговорчивой.

Я наклонился ниже, и убрал прядь волос с её плеча. Блядь, это было прекрасное чувство.

— Ты в порядке? — спросил я. Она повернулась ко мне лицом. Запах алкоголя, исходящий от её губ, заводил меня, хотя, вероятно, не должен был. Я выпил, но не был пьян, потому что завтра днём у меня была тренировка.

Она улыбнулась глядя на меня.

— Чувствую себя великолепно.

Я подавился смешком.

— Ага, потому что ты — пьяна.

Она помотала головой.

— Я не пьяна. Просто я действительно чувствую себя хорошо, будто я сломала какую-то тюремную решётку.

Я снова хохотнул. Это впервые она так сильно напилась? Меня бы это не удивило. Но потом я увидел, каким взглядом она меня одарила, и мой член дёрнулся.

— Здесь жарко, — сказала она, и я кивнул. Здесь было ужасно жарко, но опять-таки, здесь была куча народу.

— Мы можем пойти куда-нибудь поговорить?

Я выпрямился в полный рост, и посмотрел на неё сверху. Я практически предложил ей выйти на улицу, но прежде, чем я смог что-то сказать, она схватила мою руку и потащила меня через гостиную к лестнице.

— Подожди, Кассандра, — сказал я и потянул её обратно, чтобы она остановилась. Она обернулась ко мне через плечо.

— Я просто хочу поговорить там, где не буду чувствовать себя, как в банке с сардинами.

Я не хотел предполагать что-либо, и я уж, блядь, точно не воспользуюсь ею, но мне не стоило кивать и позволять ей вести меня наверх. Мне стоило сказать, что мы должны пойти на улицу.

А после, мы вошли в пустую спальню, и она закрыла дверь.

— Кассандра, это не правильно, — но моё тело было готово. Я так долго хотел этого момента — остаться с ней наедине. Но я явно, блядь, не хотел, чтоб это случилось под воздействием алкоголя, а она была настолько пьяна, что я бы мог просто ею воспользоваться.

— Ты думаешь, что я пьяна, и не соображаю, что делаю, — сказала она, и продолжила говорить прежде, чем я смог вставить хотя бы слово: — Я не слишком пьяна, чтобы осознать, что я здесь с тобой. Просто я чувствую себя настолько хорошо, чтобы перестать прятаться.