Электронная книга - «Когда приходят перемены (СИ)». Краткое содержание книги:
— И ты уехал.
— Да. Но это не акт благородства. В Москве имелось больше возможностей, там водились деньги, а я хотел жить в собственное удовольствие. Один знакомый предложил начать свой бизнес, дела сразу пошли в гору, и я осел в столице. Потом брат сообщил, что из-за меня Гриша загулял и сильно изменился, потом его избили, и он попал в больницу. Я хотел навестить парня, но не знал что сказать. Мне ведь всегда нравились девушки и парни. Но с парнями — только секс. Для семьи нужна женщина — я считал так. Потом узнал, что он покинул город, — Женя повернул ко мне лицо. — Иногда я о нем думал, но больше, как о безвозвратном прошлом. К тому же, в моей жизни тоже произошли перемены. Я впервые влюбился. В парня. Андрей был убежденным активом и ради него я переквалифицировался. Можно сказать, он изменил некоторые мои взгляды. Но это были безответные чувства, и мы расстались в итоге.
Я подтянул к себе подушку и положил под голову. Искренность Жени удивила, я не ожидал, что он расскажет о себе. Я счел реакцию Гриши испугом, но, наверное, это все же был шок от встречи. Мид, скорее всего, в курсе, вот и насторожился. Все-таки бывший любовник своего парня… Я сам здесь случайно, а теперь у Жени на меня планы. Иногда я удивляюсь, как может выстроиться цепь событий. Мда, пора вставать. Я медленно сел, Женя не останавливал, и я смог спокойно одеться, а потом пойти в ванную, из комнаты в нее вела дверь.
Женя ждал моего появления, поэтому из спальни мы вышли вместе и в коридоре столкнулись с Гришей и Мидом. Минутное замешательство, немая сцена, и Синицын с громким рыком пригвоздил Женю к двери. Я инстинктивно отскочил в сторону, не понимая, что происходит. А Круглов успел заломить Гришину руку и втолкнуть его в спальню, откуда мы только вышли. Мид подскочил к двери и подергал за ручку. Заперто. Друг стоял, закусив губу, и хмурился. Я терялся в догадках, сознание подбрасывала картины, одну краше другой, беспокойство за Гришу росло, тишина удручала, из комнаты не доносилось ни звука. Если вспомнить рассказанное Женей, то, видимо, Синицыну пришлось тяжелее, чем может показаться на первый взгляд. Вряд ли это беспокойство за меня, я все-таки ему чужой. Скорее, он догадался, что мог придумать на мой счет Женя и перенес это на себя.
Мы с Мидом были готовы пойти на штурм, когда дверь открылась сама. Лицо Синицына выражало крайнюю степень задумчивости, он бросил на меня короткий оценивающий взгляд и нахмурился. Альба удивил всех, меня точно. Я вообще не знал, что он на такое способен. От уравновешенного и спокойного парня резких и грубых действий как-то не ждешь. Совсем. Мид же оттолкнул Гришу и размахнулся, намереваясь сбить ухмылку с лица Жени. Синицын чудом перехватил его руку и, прижав Альбу к стене, что-то быстро зашептал на ухо. Я лишь убедился — Мид знает, кем Круглов приходился Грише, раз так защищает своего партнера. Альба бросал на Женю полные ненависти взгляды, но затем его лицо приняло задумчивое выражение, и он уткнулся носом в плечо Синицына.
— Вот и отлично, — я обернулся на голос, неприметным зрителем оказался Тим. — Не хотелось бы, чтобы Леша увидел драку между своими друзьями.
На том конфликт себя исчерпал. Думаю, стыдно стало не только мне. После завтрака я уехал в отель с Мидом и Гришей, а в понедельник после работы меня ждал Женя.
Круглов походил на ураган, вот только стихать не собирался. Не давал сидеть в номере, таскал по выставкам, паркам, катал на теплоходе. Не помню, когда мои будни наполняло столько всего разом. Мы ели блюда японской, китайской, осетинской, русской, итальянской, тайской и еще какой-то кухни. По-моему, он собирался опытным путем выяснить мои вкусы. С такой нагрузкой я не успевал думать о Ларисе. Звонил адвокат, я дал разрешение отправить жене документы. Когда я наотрез отказывался выбираться из номера, Женя сидел у меня, и мы читали книги или смотрели телевизор. Со временем я свыкся с его существованием, с Кругловым оказалось интересно, у нас обнаружилось много общих тем, и еще больше различий во вкусах, что позволило вести беседы обо всем на свете и ни о чем в частности. Его напор впечатлял, и незаметно ухаживания перестали меня смущать. А потом мы выбрали не то кафе для обеда.
Из головы разом выбило все мысли. Я смотрел на Ларису, она на меня. В душе зарождалось болезненное чувство тревоги, в горле встал ком, в сознании пульсировало лишь одно желание: бежать! И я побежал. Трусливо с моей стороны, но иначе я не знаю, чтобы случилось, наверное, устроил бы скандал или избил ее спутника. Глупо, да и не изменит ничего. Скрыться мне показалось достойнее.
Из кафе я вылетел и, не разбирая дороги, помчался, куда ноги несли. Кто-то с силой рванул за плечо, меня мотнуло, и я чуть не растянулся на переходе. Оказывается, я собрался перебежать дорогу на красный. В полуметре от меня, во всю сигналя, промчалась машина, под колесами которой я чудом не закончил свою жизнь. Прикрыл глаза, намереваясь успокоиться, но Женя не дал. Схватил мою руку и куда-то потащил, конечно, это он вытащил меня из-под колес, больше некому. Я не сопротивлялся, нахлынула апатия, и мне стало все равно, куда меня тащат. Мы зашли в ресторан, какой-то общепит, вывеску не разглядел. Женя тянул дальше: мимо организованной толпы возле касс, вглубь, к туалетам. В кабинку он зашел следом, я плюхнулся на крышку унитаза и уставился в пространство перед собой. Мыслей ноль.
Ситуация казалась комичной. Моя жена обедает с каким-то типом, а я сижу в туалете забегаловки, передо мной на колени опускается недвусмысленно настроенный мужчина. А мне абсолютно все равно, что там будет впереди. Губы произвольно растянулись в улыбке, и я однозначно безумным взглядом уставился в синие глаза напротив. Женька нахмурился и закусил губу, между его бровей проявилась складка. Это показалось мне еще более забавным, улыбка стала шире. Похоже, мужчина высмотрел что-то, что ему совершенно не понравилось, и мне прилетела оплеуха. Голова мотнулась в сторону, в ушах зазвенело. Силы он не пожалел.
— Ты совсем охренел, придурок?! — вскинулся я и прижал ладонь к щеке, кожа от удара горела. В душе разрасталась обида.
Женя прищурился и облегченно выдохнул.
— Извини, мне показалось, у тебя истерика начинается.
Злость как неожиданно быстро накатила, так и схлынула. А вот обида осталась. Но не на пощечину, а на жену, что предала, на себя, что верил, как дурак, и даже мысли об измене не допускал, ничего не заметил в ее поведении. Ведь должно же было что-то…
— А ведь я действительно ее любил, — произнес вслух. — Хотел прожить с ней жизнь, детей завести, старость встретить, наших внуков увидеть.
Плотину из горечи, боли и обиды прорвало, слова лились нескончаемым потоком. Я и не понял, в какой момент к ним присоединились слезы. Женя молчал, за что ему спасибо. Окажись я на его месте, тоже не знал бы, чем утешить. Разве только дать высказаться. В такой ситуации нет правильных слов.
Подумалось: «докатился, уже перед мужиком плачу». Усмехнувшись, я шмыгнул носом, отпустило. Мужчина отмотал туалетной бумаги, и я привел себя в порядок.