Тетрадь в косую линейку

Он порывисто оттолкнул от себя пепельницу, встал, шагнул ко мне, рывком поднял со стула и прижал к себе, шепча:

– Алинка, забудь! Я дурак! Ты здесь и сейчас. Там ничего не было! Забудь! Это лишь прошлый опыт, тебе не обязательно его помнить и осмысливать, живи этими реалиями, пожалуйста! Я рядом. Всё хорошо. Мы прорвёмся. И со всем справимся. Главное, что мы вместе.

Мы постояли так некоторое время, потом я осторожно высвободилась и проговорила:

– Спасибо, Вить. Мне легче. Давай, чтобы я окончательно отвлечься могла, поедим. И скажи мне тост какой-нибудь хороший. Ты умеешь. Люблю твои тосты, только ещё одну рюмку растяни на весь вечер, дорогой.

Мы сели, босс налил себе коньяк, поднял рюмку, посмотрел на просвет и задумчиво проговорил:

– Чтобы коньяк стал коньяком ему нужно пройти очень много трансформаций. И косточкой побыть и лозой из земли прорасти, и виноградную гроздь родить, и чтобы собрали её, и сок выдавили, перебродить ему дали, затем в коньячный спирт дистиллировали, а потом в дубовой бочке выдержали, после чего купажировали разные сорта. И вот в результате всех этих трансформаций появляется чудесный напиток сказочно-янтарного цвета с неповторимым букетом аромата. Его можно смаковать и наслаждаться, а можно выпить залпом и ничего не почувствовать. Это я к чему. Часто жизнь нам дарит сказочные дары, которые появились на свет, пройдя сложный путь становления, но мы в суете будней воспринимаем это как обыденность, пьём махом и сами себя лишаем огромного пласта дополнительных ощущений и радости. Глядя на тебя, моя хорошая, я сейчас думаю о том, что порой как с этим коньяком забываю, какое ты чудо. Пытаюсь выпить залпом и сам себя обкрадываю этим. Меня лишь мысли о том, что могу тебя потерять, периодически в чувство приводят и заставляют вспомнить, что чудеса нужно ценить, беречь и лелеять. Что никакое чудо не выдержит наплевательского к себе отношения, что чудо в этих условиях сразу перестаёт быть чудом и может исчезнуть, проскользнув меж пальцами как песок, растаяв как дуновение ветерка. Я столько раз тебя терял, любовь моя, но это мало чему меня научило. Я вновь забываю об этих элементарных истинах и невзначай снова готов обидеть, невзирая на риск потерять. И сейчас очень тебе благодарен, что предупредила и напомнила, что тебе ничуть не легче, чем мне, и что если не прекращу концентрироваться лишь на своих проблемах, тебя могу потерять окончательно. Я очень постараюсь до этого не доводить. И всем, чем могу поддерживать тебя буду. Мать вот гадости про тебя говорила, а у меня будто сердце рвали. Еле сдержался. И самое парадоксальное на тебя же злился за это, поскольку слово взяла с меня ей не отвечать. А возможно, потому что подсознательно знаю, безопасно на тебя злиться, не ответишь тем же. Вот помнишь, как ты мне про Илью говорила, когда он скандалил с тобой. И злился не на меня в основном, а на тебя, поскольку знал и чувствовал, что любишь. Это парадокс какой-то. Но в итоге, за тебя, моя любовь. Я ценю, ценю, что ты рядом и молю небеса продлить это время, – немного пафосно, сумбурно и витиевато проговорил босс и чокнулся со мной.