Среди огнистых камней

– Не волнуйся, Егор. У вас тоже все будет хорошо. Ведь вы любите друг друга.

Тут вернулись Рауль с Марантой, и Рауль спросил у Егора:

– Егор, Маранта хотела бы пожить на Земле несколько дней. Ты хочешь этого?

– Можно,– откликнулся он. – Только, где нам жить?

– Ясно, что вместе вам жить нельзя,– он с улыбкой посмотрел на Мару, подмигнув ей,– просто опасно для жизни. Она поживет у Машиной мамы, а ты у своего отца, если хочешь. А если нет, я могу купить тебе квартиру в городе.

– Я не против пожить у отца. Он приглашал меня. Хорошо, что Карина уехала, я могу теперь спать в ее комнате. Заодно оформлю дарственную на Ивана, позвоню своему дяде,– перечислял он.

– Вот и отлично, собирайтесь, и я отнесу вас и запущу ненадолго время. Возьми машину и кредитку не забудь,– напутствовал Рауль.

– Нам надо в замок, все вещи там,– тихо проговорил Егор, поглядывая на Маранту.

Рауль все сделал – отвез на машине, с вещами и кредиткой, Егора и Маранту на Землю. Он оставил их в моем поселке, наказав звонить на сотовый, если что. А сам вернулся ко мне в замок.

Я полюбопытствовала, о чем он говорил с Марой, и этот вопрос вернул его в то же состояние, что и сегодня утром, потому что речь шла именно об этом. Маранта поглощала нашу страсть и ощущения и упивалась ими, желая получить от Егора то же самое, и почти немедленно. Рауль почувствовал это за нашим обедом, и решил напомнить ей о ее договоренности с Егором. Все это Рауль рассказывал мне в небольших промежутках между нашими увлекательными занятиями.

– Я отправил их подальше, на время нашего медового месяца, чтобы не провоцировать ее нашими безумными порывами,– целуя и покусывая мои пальцы, сообщил он. – Ведь я не слишком настойчив, Маша? На то он и медовый месяц,– сам себе ответил он, так как я не в состоянии была произносить звуки, наслаждаясь его губами и прикосновениями наших тел.

И эти дни летели, складываясь в недели. Мы каждый день навещали всех на острове, делая традиционный обход, и узнавая, как дела у фунов и критов. Я с удовольствием бывала у Джека и качала на руках Мону, которая научилась улыбаться, и была очень миленькой. Джеку приходилось теперь присматривать и за территорией Вернека, раз того больше не было рядом.

Каждый вечер, обычно к ужину, я наведывалась к Горгу. Он всякий раз высматривал меня на улице, и мы, держась за руки, прогуливались по лесу. Рауль не беспокоил нас, оставляя наедине некоторое время. И Горг был ему благодарен.

Малея прижилась у Горга. Он нарастил ей две комнаты в своем доме, и она выглядела совершено довольной. Она даже принялась хозяйничать, убирая его жилище, особенно спортзал и биллиардную. А все потому, что ученые мужи повадились ходить к нему в полдень или под вечер, вместе с нами, занимаясь на тренажерах. А Борис с Дэном устраивали состязания по бильярду. Они часто мусорили там, перекусывая пайками из холодильника Горга. Иногда Малея готовила для них еду, и они сидели на кухне, весело обмениваясь с Горгом колкостями. Рауль сказал, что Горг относится к ним терпимо, больше всего ему нравится то, что он находится в центре внимания. Если про него забывают, ему становится скучно, и тогда он начинает демонстрировать свой неуживчивый характер. Но, в то же время, он учится думать не только о своих желаниях. Ведь ребята в чем-то такие же эгоцентричные, как и Горг. И это для него способ взглянуть на себя со стороны.