Среди огнистых камней

– Рикро, он что-нибудь говорил? – разволновалась я.

– Мне ничего не говорил. Он все время что-то шептал себе под нос. Типа того, что «я все время знал это», «она всегда была прекрасна». Я думаю, что это он про тебя, Мария.

Рикро так натянуто произнес эти слова, что у меня закралось подозрение – он не поделился самым главным.

– Рикро, не юли, я чувствую, что он еще что-то говорил. Выкладывай,– потребовала я.

– Да, ты права. Мне просто не хотелось повторять всю эту чушь,– он гневно блеснул зелеными глазами.

– Ну?

– «Она не оставит меня, она не сможет»,– подражая тяжелому голосу Горга, пробасил Рикро. – «Конечно, она же обещала, ей можно верить. Мне – нельзя, ему – нельзя, а ей – можно». Это бред, Мария. Раулю всегда можно верить, я его давно знаю. Я прав?

– Конечно же, прав,– на автомате ответила я.

Мне стало не по себе – Горг боится остаться один, без меня. Он боится, что ему будет больно, и еще чего-то сильно боится, и я не могла понять, чего именно.

– Мария, тебе не кажется, что Антон смотрит на Малею, как-то неприлично? – обеспокоенно вопросил Рикро.

– Возможно,– машинально ответила я, пребывая в своих мыслях.

– Может мне его отрезвить? – угрожающим тоном произнес он. – Он действует мне на нервы.

Я взглянула на Рикро, потом на Антона и взволновано заговорила:

– Нет, что ты! Танец уже закончился, а ты просто ревнуешь, мой дорогой.

Он устремил удивленный взгляд сначала на меня, потом на Малею, и быстрым шагом направился к ней. Рауль тем временем вернулся ко мне и взял меня за руку. Его тепло разошлось по мне, обволакивая мое сознание. Я захотела остаться с ним наедине. Он почувствовал мое желание и пристально посмотрел на меня.

– Рауль, как ты думаешь, если мы уйдем сейчас, это будет выглядеть слишком грубо и неприлично?

– Не думаю, Мария, – невозмутимо проговорил он, но его глаза были отнюдь не хладными. Он желал так же, как и я остаться со мной только вдвоем. – Давай, сделаем почетный обход гостей и попрощаемся с ними.

Рауль потянул меня с дивана, и мы пошли к тем, кто не танцевал – его ученые, Родион и Джек, их жены, Сол и Эрика, Горей и Горг. Мне захотелось еще раз заверить Горга в преданности своему слову, и я обняла его, шепнув на ухо:

– Горг, не бойся, я не оставлю тебя, пока ты сам этого не захочешь. Я не причиню тебе боль.

Он ничего не ответил, он был ошеломлен моим порывом, и только глубоко вздохнул от неожиданности. Рауль поцеловал его в лоб, и напомнил, что завтра мы непременно увидимся.

Когда музыка закончилась, мы попрощались с остальными. Егор и Маранта не поскупились на крепкие объятия и поздравили нас еще раз. Рауль вывел меня на середину зала, чтобы все нас видели, и мы унеслись в золотом вихре, под радостные возгласы гостей.

В замке стояла тишина. Сегодня мы были здесь абсолютно одни. Мы медленно двигались по моей комнате, и я не узнавала ее. Повсюду на полу стояли цветы в огромных вазах, а с потолка свисали светящиеся ленточки. Камень на стенах играл разными оттенками, и иногда ярко сверкал.