Электронная книга - «Избранные произведения. IV том». Краткое содержание книги:
Дин Рэй Кунц (род. 9 июля 1945 года, Эверетт, Пенсильвания, США) — американский писатель. Один из самых популярных авторов «романов ужасов». Из его шестидесяти книг двенадцать стали национальными бестселлерами в Америке. Известен во всём мире как непревзойдённый мастер остросюжетных триллеров, которые держат в напряжении с первой и до последней строчки. Содержание: Мистер убийца Слезы дракона Зимняя луна Ледяная тюрьма Темные реки сердца Неведомые дороги Очарованный кровью Единственный выживший Тик-так Ложная память Краем глаза До рая подать рукой При свете луны Лицо в зеркале
Луна выплыла из-за облаков, что было похоже на то, как включают прожектора на сцене в четверть силы, после полной темноты. Она могла видеть достаточно хорошо, что все они старшие подростки, лет по шестнадцать-восемнадцать. Они не соответствовали популярному стереотипу шпаны: не были ни черные, ни латиноамериканцы. Белые мальчишки — и не выглядели бедными. Один из них одет в хорошо скроенную кожаную куртку, а другой носил свитер с крупными петлями, изделие явно отличное и со сложной вязкой.
Ночная тишина прерывалась только жалобными стонами, которые выдавливали из себя, продолжая тошнить, двое покалеченных. Схватка так быстро развернулась на площадке в восемь футов между домом и границей ее собственности, и в такой относительной тишине, что даже не пробудила соседей.
Наставив на них револьвер, Хитер спросила:
— Вы здесь были раньше?
Двое все еще не могли отвечать, даже если бы захотели, но и третий молчал.
— Я спросила, были ли вы здесь раньше, — сказала она резко. — И занимались ли здесь подобными гадостями.
— Сука, — сказал третий парень.
Она осознала, что, возможно, очень скоро потеряет контроль над ситуацией, даже при том, что пока единственная с оружием, особенно если пораженные в пах отправятся быстрее, чем ожидалось. Пришлось лгать, чтобы убедить в том, что она нечто большее, чем жена полицейского с некоторыми навыками проворных движений:
— Слушайте, вы, сопляки, — я могу убить вас всех, вернуться в дом, принести пару ножей и вложить их вам в руки, прежде чем прибудет черно-белая карета. Может быть, они потащат меня в суд, а может быть — нет. Но разве засадят в тюрьму жену героя-полицейского и мать восьмилетнего мальчика?
— Ты этого не сделаешь, — сказал третий мальчишка, хотя произнес он это после некоторого колебания. Жилка неуверенности затрепетала в его голосе.
Она продолжала удивляться тому, с какой неподдельной яростью и ожесточенностью говорит.
— Не сделаю, да? Мой Джек, его двух партнеров застрелили рядом с ним за один год, он сам лежит в больнице с марта и пролежит там еще недели, а может быть, месяцы. Бог знает, как он будет страдать весь остаток своей жизни, даже если когда-нибудь сможет нормально ходить. Я без работы с октября, почти все деньги истрачены, не могу спать из-за ублюдков вроде вас. Ты думаешь, я не ищу кого-нибудь, чтобы заставить его помучиться в отместку, или считаешь, что не получу большего удовольствия, помучив вас, доставив вам настоящую боль? Не сделаю? А? А? Я не сделаю, сопляк?
Боже! Ее трясло. Она даже не подозревала, что в ней есть подобная чернота. Почувствовала, как комок поднимается к горлу и была вынуждена тяжело бороться, чтобы отправить его обратно вниз.
Судя по всему их виду, она напугала трех хулиганов даже сильнее, чем напугалась сама. Их глаза расширились от ужаса под лунным светом.
— Мы… были здесь… раньше, — задыхаясь, проговорил парень, которого она пнула.
— Как часто?
— Д-дважды.
На дом нападали дважды, один раз в конце марта, другой в середине апреля.
Злобно посмотрев на них, Хитер спросила:
— Откуда вы?
— Отсюда, — ответил парень, которого она не трогала.
— Вы не из соседей, я знаю.
— Из Лос-Анджелеса.
— Это большой город, — настаивала она.
— С Хиллз.
— Беверли-Хиллз?
— Да.
— Все трое?
— Да.
— Не пытайтесь меня надуть.
— Это правда, мы оттуда — почему это не может быть правдой?
Непоколоченный парень положил руки на виски, как будто его вдруг охватили угрызения совести, хотя гораздо больше это походило на внезапный приступ головной боли. Лунный свет блеснул на его наручных часах и преломился на краях блестящего металлического ремешка.
— Что это за часы? — спросила она.
— А?
— Какая фирма?
— Ролекс.
Так она и думала, хотя все равно не смогла сдержать своего изумления:
— Ролекс?
— Я не вру. Подарили на Рождество.
— Боже!
Он начал снимать их.
— Вот, возьми.
— Оставь их, — сказала Хитер презрительно.
— Нет, правда.
— Кто подарил их тебе?
— Предки. Они золотые. — Парень снял их и протянул ей, предлагая. — Камней нет, но все из золота, часы и ремешок.
— Вот как, — сказала она недоверчиво, пятнадцать тысяч баксов, двадцать тысяч?
— Что-то вроде, — сказал один из покалеченных. — Это не самая дорогая модель.
