Средневековые цивилизации Запада и Востока

Вспышка бубонной и легочной чумы, самая страшная из известных в истории эпидемий, распространилась в Европе в период с 1347 по 1351 гг. и затем каждые несколько лет уже с меньшей интенсивностью повторялась в разных частях Европы на протяжении трех столетий.

Опыт борьбы с инфекционными заболеваниями, накопленный человечеством за прошедшие века, оказался мало эффективным, когда пришла «Черная смерть». Главным рецептом для спасения от чумы стало, по выражению итальянского гуманиста Марсилио Фичино, cito, longe, tarde, т. е. бежать от зараженных мест как можно быстрее, дальше и возвращаться позже. Такое паническое бегство из зараженных районов способствовало дальнейшему распространению заболевания. Чума опустошала целые местности. Особенно благоприятной средой для расширения эпидемии оказались средневековые города, ибо в условиях городской скученности болезнь шествовала быстрее, а уровень гигиены был чрезвычайно низок. Колодцы были заражены возбудителями, санитарной организации не существовало, а крысы и другие животные бродили по грязным улицам, где текли фекальные воды.

Попытки лечения чумы оказались безуспешными. Если при заболевании бубоны появлялись до начала лихорадки, это считалось хорошим знаком: природа сильна и сопротивляется болезни. Благоприятный прогноз был также возможен, если бубоны прорывались самопроизвольно и гной выходил из них. Врачи пытались облегчать состояние больных, выпуская гной из чумных бубонов. Классическим средством средневековой медицины для облегчения симптомов лихорадки служили кровопускания, но еще Гален, переживший так называемую «чуму Антонинов» во II в. н. э., предостерегал от использования кровопусканий при чуме, и средневековые врачи следовали его совету. Люди жгли пахучие травы, чеснок, ароматические вещества и ладан — считалось, что их пары очищают воздух от чумного яда. Средневековые медики советовали соблюдать умеренность в пище и питье, избегать мест скопления людей, реже мыться — вода могла явиться источником заражения, натирать кожу уксусом и розовой водой. Практиковалось также окуривание смолами, вдыхание паров селитры. Все же пораженный был практически обречен: смертность при заболевании доходила до 90 %. Если при борьбе с проказой жесткие меры сегрегации приносили свои плоды и эта болезнь постепенно покидала Европу, то для «Черной смерти» подобные меры оказались явно недостаточными, да и изолировать всех заболевших вскоре стало технически невозможно.