«Дело» Нарбута-Колченогого [litres]

Автор: Переяслов Николай Владимирович
Год: 2017
Язык: русский
ISBN: 978-5-00073-613-5
Жанр: Биографии и мемуары

Электронная книга - ««Дело» Нарбута-Колченогого [litres]». Краткое содержание книги:

Тем, кому довелось родиться и жить в конце позапрошлого – в начале прошлого века, выпало множество испытаний. Каждая судьба, которая разворачивалась в лихую годину нескончаемых войн и революций, подвиг, совершенный во имя будущего. В 1888 году пришел в этот мир поэт, прозаик, критик Владимир Иванович Нарбут, которому позже дали прозвище «Колченогий». Двенадцать замечательных книг он успел издать, прежде чем пули палачей положили конец его жизни и трудам. Множество испытаний вынес он с честью, прошел через трагедии и драмы, которые способны сломать самого сильного духом человека, и остался собой – тем, кто пришел в подлунный мир, чтобы творить и созидать. Эта книга рассказывает о судьбе выдающейся личности, чье имя воскресло из забвения в семидесятых годах двадцатого века, а также эпохе, кровавой и героической, пугающей и романтичной, которую он называл своей.
В формате PDF A4 сохранен издательский макет.

Перейти на страницу:

Часть III. Отход от поэзии

В 1921 году в тогдашней столице Советской Украины – в Харькове – Нарбут руководил Радиотелеграфным агентством Украины (РАТАУ). В июне он впервые посещает город Николаев, эта командировка носила инспекционный характер. В городе до революции издавалось 17 частных газет, а в годы гражданской войны они почти все закрылись. Осталась одна – «Красный Николаев». Нарбут должен был «уговорить городской совет» наладить выпуск новых периодических изданий.

К приезду высокого гостя «готовят подарок» – публикуют в газете подборку его ранних стихов. Поэзия ещё та. Она вызывала растерянность и заставляла читателей морщить лоб:

Щедроты сердца не разменяны,и хлеб – всё те же пять хлебов,Россия Разина и Ленина,Россия огненных столбов!Бредя тропами незнакомымии ранами кровоточа,лелеешь волю исполкомамии колесуешь палача…Здесь, в меркнущей фабричной копоти,сквозь гул машин вопит одно:– И улюлюкайте, и хлопайтеза то, что мне свершить дано!А там – зелёная и синяя,туманно-алая дугавосходит над твоею скинией,где что ни капля, то серьга.Бесслёзная и безответная!Колдунья рек, трущоб, полей!Как медленно, но всепобеднаяточится мощь от мозолей.И день грядёт – и молний трепетныхраспластанные веерана труп укажут за совдепами,на околевшее Вчера.И Завтра… веки чуть приподняты,но мглою даль заметена.Ах, с розой девушка – Сегодня ты! –обетованная страна.

Всё вроде бы правильно, идеологически выдержано, но… что-то не так. Запутано. Не похоже на пролетарскую поэзию. Нет лобовых эмоций. Редактор «Красного Николаева» Яков Вельский в разговорах с местными партийцами разводит руками: «Ничего не поделаешь… начальство сочиняет».

За два года газета опубликовала 14 нарбутовских стихов из разных сборников. В 1924-м, после выхода его стихотворения «Чека», в сатирическом журнале «Бурав» появился анонимный фельетон: «Декадентское клеймо на теле коммуниста». Безымянный автор цитирует Владимира Нарбута и говорит об опасном контексте «буржуазной куртуазности стиха». Поэтическая рефлексия московского чиновника настораживала провинциальных эстетов, но… куртуазности в его поэзии не было.

Николаю Гумилёву принадлежит ёмкая и точная характеристика поэтических текстов Нарбута. Есть смысл привести её полностью: «…Владимир Нарбут возненавидел не только бессодержательные красивые слова, но и все красивые слова, не только шаблонное изящество, но и всякое вообще. Его внимание привлекало всё подлинно отверженное, слизь, грязь и копоть мира… Это галлюцинирующий реализм».

А в стихотворении «Голод», написанном в 1921 году в Харькове, он пропустил через себя страдания всего народа. Красочное, но в тонах ужаса и сочувствия, произведение – скорбная песнь о происходящих событиях. Поэт воздерживается от оценочных суждений, он передает свои чувства через многозначительные образы:

А это кто? Не человек, а тень, –Мертвец, шатающийся по деревне!Краснея, веки подымает день, –И день и ночь не размечают певни…Какая жуть! Какая тишина!

В последний раз Владимир Иванович Нарбут прибыл в Николаев, чтобы выполнить личное поручение Льва Троцкого – разобраться с убийством сельского корреспондента Григория Малиновского. Следствие по делу закончилось быстро. Убийца журналиста явился с повинной в прокуратуру. Им оказался родной брат жертвы – Андрей Малиновский. Как писала газета «Красный Николаев», его «заставили совершить преступление кулаки, окопавшиеся в Дымовском сельсовете… 23 октября 1924 суд под председательством тов. Гельфериха установил личности организаторов убийства и приговорил всех к расстрелу».

Городская печать по инициативе Владимира Нарбута «провела большую кампанию за обуздание тёмных элементов деревни…».

А уже в 1922 году он переезжает по вызову Москвы в столицу и с 1923 года работает там в секретариате ЦК ВКП(б), где заведует подотделом, курирующим непериодическую печать и художественную литературу. К той же художественной литературе относится, кстати, и он сам, практически сразу же после выхода из деникинской тюрьмы начавший опять писать свои, ни на чьи не похожие, стихи. Такие, как написанное им в 1920 году стихотворение «Рассвет»:

Размахами махновской сабли,Врубаясь в толпы облаков,Уходит месяц. Озими озябли,И лёгок холодок подков.Хвост за хвостом, за гривой грива,По косогорам, по ярам,Прихрамывают торопливоТачанок кривобоких хлам.Апрель, и – табаком и потомКолеблется людская прель.И по стволам, по пулемётамЛоснится, щурится апрель.Сквозь лязг мохнатая папахаКивнёт, и матерщины сольЗа ворот вытряхнет рубаха.Бурсацкая, степная голь!В чемерках долгих и зловещих,Ползёт, обрезы хороня,Чтоб выпотрошился помещикИ поп, похожий на линя;Чтоб из-за красного-то бантаНе посягнули на селоНи пан, ни немец, ни Антанта,Ни тот, кого там принесло!..Рассвет. И озими озябли,И серп, без молота, как герб,Чрез горб пригорка,в муть дорожных верб,Кривою ковыляет саблей.

Перейти на страницу:

Сюжет

Атмосфера

Главный герой

Общее впечатление

Итоговая оценка: 0.0 из 10 (голосов: 0 / История оценок)

Не работает?