Битва за Орион [СИ]

Спустя некоторое время уснула с чашкой в руках. Сон походил на предыдущий, только кострище пылало, испепеляя всё живое. Подошла ближе, лицо обдало жаром. Костёр погас внезапно, как будто его затушил великан, хлопнув ладонью. На его месте стояла Ари, обнаженная и вся в золе с головы до ног, из носа текла кровь, красные глаза ввалились в череп. Вику трясло мелкой дрожью. «Ари». «У нас получилось?». «Да, но ты не проснулась». Вика плакала как дитя. «Стой там. Есть черта, которую живым переступать нельзя». Глаза вертелись в глазницах в разные стороны, издавая неприятный звук. «Ты не мертва. Ты спишь». «Пока да. Но я чувствую, что скоро умру. Я видела свет. Я знаю всё. Невозможно передать это чувство, Вик! Как будто ты часть всего и ты повсюду! Это как чувствовать силы, только в разы приятнее!», — довольно замычала, прикрывая веки.

— Ты не можешь сдаться! Борись мать твою! Или ты хочешь бросить меня здесь одну? И Зир? Как он без тебя? А родители? — Вика кричала в голос.

— Такие мелочи, Вик. По сравнению с тем, что будет дальше. С этим чувством. — Тогда она схватила её за руки и изо всех сил встряхнула, та быстро заморгала.

— Очнись и борись! Ты сможешь! Твой отец смог! И у тебя получится! Не бросай меня, Ари, прошу!

Картинка сменилась, и Вика оказалась возле тайного туннеля. Она побрела, ошарашенная тем, что увидела. Ноги сами привели в комнату Шведа, который, побагровев лицом, пытался подчинить свои ноги. Вставал и падал, крича от боли, не прекращая попыток. Подошла ближе, и он, сощурившись, посмотрел в её сторону.

— Кто здесь? — она обернулась, но никого не увидела. «Он что меня видит? Ну, конечно видит, этот же мой сон».

— Это Вика.

— Вика? Где ты? Почему я не вижу тебя? Как ты это делаешь?

— Я сплю. Вы часть моего сна, только и всего, — пожала плечами.

— Нет. Я настоящий. Точно знаю. Раньше не знал, но теперь уверен. — Она потрясла головой. — Не важно. Как моя дочь? Я не смог ни с кем связаться.

— Она воскресила Халипу, и в таком же состоянии, в каком недавно был ты. Женщины что-то делают, но не знают, поможет ли. — Он схватился за голову и громко застонал.

— Она умрёт, — обречённо произнёс спустя какое-то время. — Она сморгнула подступившие слёзы.

— Дака сказала верить в лучшее.

— Кто такая Дака?

Картинка растворилась, и Вика погрузилась в настоящий сон, на этот раз без сновидений.

Сколько она проспала? Час, два или несколько дней? Чувство времени исчезло, играя в прятки. Просыпаясь и находясь на грани между сном и явью, чувствовала на себе чей-то взгляд, знакомый и близкий. «Гадкая старуха добавила что-то в чай». «Нет. Просто он расслабляет», — зазвучал грустный голос у неё в голове. Сон стал уходить быстрее, сознание жаждало встречи. Открыла глаза и сонно подошла к нему, заключив в объятия.