Генерал армии А. А. Епишев

«В Харькове подготовлено восстание. 57-ю пехотную дивизию не выводить» — так записал в своем дневнике в январе сорок второго года начальник штаба сухопутных войск гитлеровской Германии генерал Гальдер[45]. Хотя восстание и не произошло, как казалось перепуганному гитлеровцу, но всенародная борьба против оккупантов в Харькове и области нарастала. Город не хотел подчиняться насилию, сопротивлялся. Патриоты срывали попытки гитлеровцев использовать индустриальные возможности Харькова в своих целях. В одном из донесений городская управа сообщала, что удалось ввести в строй 51 предприятие, на каждом из которых работало в среднем по 20 — 30 рабочих. А один из руководителей антипартизанских карательных отрядов Оберлендер сообщал: «Гораздо большей опасностью, чем активное сопротивление партизан, здесь является пассивное сопротивление — трудовой саботаж[46].

В обкоме внимательно анализировали скупую информацию, которая поступала от подпольщиков и партизан. По всему было видно, что люди, действовавшие в тылу врага, нуждаются в помощи, в дополнительной информации. С рядом партизанских отрядов и подпольных организаций была потеряна связь. Существуют ли они? Удалось ли им сохранить силы в условиях, когда через город проходил фронт? Алексей Алексеевич предложил всесторонне изучить сложившуюся ситуацию, принять неотложные меры по усилению партийного руководства действиями патриотов в тылу врага. Своими соображениями поделился с М. С. Гречухой, человеком легким на подъем. Договорились о поездке в Печенеги, районный центр, который находился почти на передовой. Отсюда неплохо была налажена связь с партизанами, действовавшими в ближайшем тылу гитлеровцев. Прибыли туда под вечер. Встретились с райкомовцами, связанными с отрядами, заслушали их доклады о действиях партизан. В ходе беседы стало ясно, что для улучшения руководства партизанами четыре отряда надо объединить в один. Взвесили все «за» и «против» и одобрили предложение. Возглавить объединенный отряд было поручено секретарю райкома партии И. Г. Белоконю. Забегая вперед, можно отметить, что вскоре отряд, взаимодействуя с частями 300-й стрелковой дивизии, разгромил опорный пункт противника. Через несколько дней партизаны этого отряда совершили налет на штаб немцев, взяли в плен двух офицеров с секретными документами, передали их нашему командованию.

В Печенегах вся обстановка напоминала о близости фронта. Невдалеке то и дело вспыхивала перестрелка, время от времени, завывая, проносились мины, чтобы с грохотом разорваться где-то в нашем тылу. Алексей Алексеевич вместе с Гречухой, после того как были выяснены все вопросы, решили переночевать в селе. Хозяева хаты, куда их привели, оказались приветливыми. Они предложили гостям все, что могли, для отдыха. А. А. Епишеву досталась, как он потом вспоминал, ископаемая редкость — кровать с углублением, своего рода нишей, для головы. День был напряженный, и партийные руководители быстро уснули. А ночью поднялась стрельба, в небо взвились ракеты.