( Не ) курортный роман

— Не нервничай, пожалуйста, тебе нельзя. Может снова подняться давление. Давай ты поспишь, а потом мы поговорим.

Попытался поднять Тёму на руки, чтобы отнести в кровать, но тот начал отбиваться.

— Не прикасайся ко мне! Не смей! Невесту иди лапай!

Дима не реагировал. Пусть кричит, что хочет. Пусть кулаками машет. Он всё выдержит. Сгрёб Тёму с дивана, сильно прижал к себе, потащил в спальню.

— Сука, отпусти! Ненавижу! Не прикасайся!

У Тёмы началась истерика, что было очень плохо в его нынешнем состоянии. Дима быстро уложил его на кровать, развернул к себе.

— Успокойся, пожалуйста. Я только перенёс тебя. Если подпрыгнет давление, я снова вызову скорую, и они заберут тебя в больницу. — Дима старался говорить спокойно, не повышая голоса.

Глаза Тёмы полыхали яростью. Он часто задышал, нервно кусая губы, нахмурился. А потом снова от него отвернулся. Уткнулся носом в подушку. Дима попытался погладить его по плечу, но его руку оттолкнули.

Что ж… Пусть так. Скорее бы подействовал укол, и Тёма заснул. Страшнее всего было понимать, что ему в любой момент снова может стать плохо. Сел на пол рядом с кроватью и просто ждал, когда светлячок отключится.

Услышав, как успокоилось его дыхание, тихонько залез на кровать, прижался к нему сзади, укрыл. Сердце выло от понимания того, что возможно он в последний раз прикасается к своему Тёмке. Завтра утром он проснётся и прогонит его. Из своей квартиры и из своей жизни.

Как же хотелось его сейчас всего зацеловать. Нет, не соблазнить. А именно зацеловать, каждый сантиметр любимого тела, увидеть ответное вздрагивание. Ещё плотнее прижался к нему, обнял. Старался не засыпать. Такие драгоценные минуты вместе. Как можно их потратить на сон? Легонько гладил Тёму по плечу и руке. Осторожно целовал в шею и тихо шептал.

— Мой светлячок… Мой Тёмка… Люблю тебя. Но что же мне делать? Я же не смогу без тебя. Я не хочу без тебя… Тёмочка мой родной …

Тёма находился в каком-то пограничном состоянии. Не спал, но и не бодрствовал. Он чувствовал, как его целуют, гладят, слышал все сказанные слова и чувствовал все не сказанные. Снова защемило сердце и так захотелось повернуться к Диме, обнять его, поцеловать. Но тут же вспомнил про невесту. Нет, нельзя! Лучше бы он ушёл. Наверное, быть сейчас одному было бы не так тяжело, как рядом с Димой, к которому не имеешь право прикоснуться.

Больше он не его Дима.

Стало очень больно. Опять. И опять начало не хватать кислорода. Терпел до последнего. Но голова закружилась, начало подташнивать. Дернулся в обнимающих руках, окончательно просыпаясь.

— Светлячок, что? — тут же подскочил Дима.

Но Тёма не мог сейчас с ним разговаривать. Не мог даже смотреть на него. Сполз с кровати и, не удержавшись на ногах, грохнулся плечом в шкаф. Дима моментально оказался рядом.

— Куда? Давай помогу.

— Не прикасайся! — Попытался он оттолкнуть поддерживающую руку, но начал сползать вниз. Как ни старался, мышцы не слушались. — В туалет. Стошнит сейчас.