Две полоски для мажора
- Автор: Черничная Алёна
- Язык: русский
- Жанр: Современные любовные романы
Электронная книга - «Две полоски для мажора». Краткое содержание книги:
Я и Он - параллельные прямые, которые никогда не должны были пересечься. Но мы пересечемся трижды.
Первый раз Марк просто решит похитить меня посреди белого дня. Второй раз - той самой ночью, навсегда разбившей мне сердце. А третий, когда его и моя жизни станут двумя полосками теста на беременность.
— Тогда на нас не рассчитывай. Никаких возможностей тебе помочь нет. У Виты уже двое и идти ей некуда, а Димка заканчивает школу и нам нужно отмазать его от армии. А у тебя... — мама снова хватается за моё запястье, тянется через стол ко мне и пробивает до мурашек тяжёлым взглядом, — у тебя ещё есть выбор. Сделать аборт и вернуться на учёбу. Так всем будет лучше. Тебе в первую очередь. А хочешь рожать, тогда звони отцу ребёнка, требуй алименты, а ещё лучше замуж.
— Я не буду перед ним унижаться. Ясно? Никогда и ни за что. Он лжец, сволочь и трус!
— внутри себя я уже просто ору маме, а вслух получается лишь просипеть.
— Тогда зачем спала с ним? — захват ее пальцев грубеет на моем запястье.
— А ты думаешь у него это на лбу было написано? Или он мне справку предоставил, что не собирается кидать меня в чёрный список, как только мы оказались в одной постели?
Да, я дура, — перевожу дыхание и пытаюсь найти в маминых глазах хоть крупицы понимания. Боже, ну почему она не слышит меня? — Но этот ребёнок уже есть.
— Можно сделать так, что завтра его не будет. Или решай все остальные проблемы сама. И не здесь.
Мой мир рушится в пыль окончательно. Я надеялась найти поддержку в своей семье, хотела укрыться от боли, разочарования и страха. Мне так нужны были мамины объятия и тепло. Но на меня лишь холодно смотрят самые родные глаза на свете. Они вмиг становятся мне чужими.
Я снова сама по себе. И не понимаю, почему все так...
Теперь эти стены, которые должны были стать мне крепостью и тылом, давят. На маленькой кухне кислорода больше нет.
Глотая слезы, я просто выдергиваю свои руки от маминых рук, молча поднимаюсь со стула и, распахнув дверь кухни, выскальзываю в коридор.
Как через туман слышу работающий телевизор в гостиной, бубнеж брата, хныканье одного из племянников и недовольный возглас сестры, доносящийся откуда-то из глубины квартиры.
А я здесь, как оказалось, лишняя. И от этого чувства вот-вот задохнусь.
— Правильно. Подыши воздухом. Успокойся. Лика, я хочу как лучше. Я тебе не враг, — за моей спиной раздается неестественно отчужденный голос мамы. И от него леденеет под ребрами. — И ты у меня хоть и наивная девочка, но давай больше не делать глупостей. Прими верное решение, а оно у тебя одно.
Я не хочу оборачиваться. Меня тошнит. Срываю с вешалки куртку, натягиваю ботинки и выскакиваю из квартиры.
Да. У меня одно верное решение и я приняла его уже несколько недель назад.
Лавочка в тёмном углу на детской площадке перед подъездом и ещё теплый ноябрьский вечер - вот кто составляет мне и моему опустошающему отрезвлению компанию.
Закутавшись в капюшон куртки и подтянув ноги к груди, я просто смотрю в одну точку, положив подбородок к себе на колени. Меня даже не волнует, что сижу на лавке, забравшись на нее прямо в ботинках.
А плакать навзрыд начинаю, когда счастливая Настя дозванивается мне из клуба, где как раз сегодня отмечается день первокурсника.
— Лика! Боже мой! Хорошая моя! Что случилось? — в панике причитает она, когда я порчу ее радостный рассказ о тусовке своим воем в трубку.
И я выкладываю ей все. Слово в слово. Весь разговор с мамой, переживая его заново. Погружаюсь с головой в безразмерное чувство липкой безысходности. Не могу выкарабкаться оттуда. Я захлебываюсь им и солеными слезами.
— Прошу, успокойся. Тебе нельзя волноваться. Подумай о своей крохе. Мы что-нибудь сообразим, — уверенно произносит Настя, пока на заднем фоне нашего разговора непрерывно бьют глухие басы.
— Что? — громко всхлипываю, сжимая телефон в пальцах. Обида и горечь стискивают горло. — Мама тащит на аборт, а я даже обратно к вам сбежать не могу. Из общаги меня уже веселили.
— Значит, договоримся за деньги, чтобы вселили обратно.
Но я толком и не слышу ее, продолжая скулить в трубку.
— Насть, ты не представляешь, как мне страшно. Я одна. Точнее, мы одни. А я так хочу защитить его. Я не смогу пойти на аборт.
— Никаких абортов, слышишь! Никто тебя не заставит и... — Настя вдруг замолкает. В динамике телефона что-то клацает, шуршит и слышатся глухие голоса, как будто моя собеседница с кем-то переговаривается. — Лика, я перезвоню. Только не делай никаких глупостей, — неожиданно сухо бросает мне она и просто отключается.
Смотрю на погасший экран и размазываю тыльной стороной свободной ладони солёные реки по щекам. Без глупостей? О, самую большую глупость в своей жизни я уже совершила. Влюбилась в Марка Громова. Разрешила ему залезть в свою душу, под кожу и во всех смыслах оставить часть себя со мной.