Две полоски для мажора
- Автор: Черничная Алёна
- Язык: русский
- Жанр: Современные любовные романы
Электронная книга - «Две полоски для мажора». Краткое содержание книги:
Я и Он - параллельные прямые, которые никогда не должны были пересечься. Но мы пересечемся трижды.
Первый раз Марк просто решит похитить меня посреди белого дня. Второй раз - той самой ночью, навсегда разбившей мне сердце. А третий, когда его и моя жизни станут двумя полосками теста на беременность.
Прижимаю к себе небольшую сумку и мысленно надеюсь, что немного отступивший токсикоз не надумает появиться именно сейчас.
А ещё хочу вернуться в этот город не раньше чем через год. Мои чувства, все ещё яркие и осязаемые, когда-нибудь полностью затянуться омутом обиды и злости.
И пока электричка набирает ход, я прислоняюсь лбом к прохладному стеклу и осторожно кладу ладонь на едва преобразившийся живот. Это все ещё странные ощущения, но уже не такие пугающие.
Только моё сердце все равно тянет и ноет.
Я не знаю, где Марк. И вряд ли теперь вообще его увижу.
Мне хватает одного знания. Самого жестокого и болезненного. Я и малыш оказались брошены тем, в ком сейчас очень нуждаемся.
& & &
Уже через два часа я выхожу из такси и стараюсь не смотреть так тоскливо на знакомую облупленную дверь подъезда в тусклом свете фонаря.
Дом. Милый дом, который я не планировала увидеть раньше новогодних праздников. Как бы я ни любила свою семью, свалить отсюда мечтала ещё с класса десятого. Пять человек на самую обычную трехкомнатную квартиру - это море «удовольствия». Но когда год назад моя старшая сестра развелась со своим мужем и вернулась домой с моими двух и трехгодовалыми племянниками, это море превратилось в океан.
И терпеть мне снова придется учиться в нем плавать.
Пешком поднимаюсь на пятый этаж и дышу через раз. Кидаться с порога сразу в уборную не планирую, поэтому стойко сдерживаю тошнотворные спазмы.
И сжимая в руках сумку, нервно считаю секунды до того, как распахнется дверь родительского дома.
Писк племянников, визг сестры, горячие объятия младшего брата и отца, радостные возгласы мамы, бабушкины причитания, что я жутко бледная - вся эта какофония кружит голову, едва я переступаю порог нашей хрущевки.
Меня тискают, трогают, целуют. На мгновения я даже забываю, какая причина заставила вернуться сюда. Пока не оказываюсь за семейным ужином.
Запахи скромных блюд, расставленных на кухонном столе, заползают в ноздри. Они душат мой чувствительный желудок. Вареная картошка, селёдка, домашние соленья и бабушкины пирожки с печенкой... Жесть! Я не знаю, где нахожу силы не рвануть в сторону туалета.
Весь ужин я играю с едой в футбол, распихивая ее по всей тарелке вилкой, но все-таки стойко выдерживаю допросы про учёбу и университет. Улыбаюсь как могу. Разговариваю и пытаюсь продыхивать тошноту. И просто молюсь, чтобы это быстрее закончилось. Сейчас мне нужно поговорить только с одним человеком. С мамой.
Правда, когда все домашние разбредаются по своим углам квартиры, оставляя меня и ее на кухне, я не чувствую облегчения. Совсем наоборот. Нервы натягиваются струной так, что звенят во мне. Господи, ну и как все рассказать?
— Ликуль, а ты билет назад уже купила? — складывая грязные тарелки в раковину, интересуется мама.
— Нет, — ещё больше напрягаюсь от ее вопроса и до белых костяшек сжимаю кружку с горячим чаем.
— Ой, это отлично, — довольно провозглашает мама. — В понедельник рано утром тётя Таня с мужем едут в Ростов. Они тебя подкинут до общаги. Я уже договорилась.
Делаю глубокий вдох. Все. Деваться мне больше некуда. Нужно сказать как есть.
— Мам, я не еду обратно в понедельник.
— В смысле? Почему? У тебя нет пар? — слышу искреннее удивление в голосе, пока она продолжает греметь тарелками.
И перед своим ответом я молча гипнотизирую ее затылок с рыжими волосами, туго заколотыми наверх. Слежу за движением рук. Они, так же как и мои, усыпаны мелким узором из веснушек. Из всех ее детей так сильно похожа не нее только я. Такая же маленькая, худая и солнечно рыжая. Мама. Она же должна понять и помочь.
— Нет, — выдаю сухо и еле слышно, переводя взгляд на чай в кружке. — Я вообще не собираюсь туда ехать.
Боковым зрением замечаю, как мама замирает у раковины и вытирает мокрые руки о цветастый передник.
— Это как?
— Я взяла академический отпуск, — на одном дыхании говорю правду, но глаза поднять на маму боюсь.
— Лика, это что за шутки дурацкие?
— Так надо было. Точнее, так получилось.
— Что это значит? Ты куда-то вляпалась? Поругалась с кем-то? С преподавателем? — уже испуганно причитает она. — Лика, не молчи!
Мое сердце медленно, но очень громко стуча, ползет куда-то к горлу, когда я решаюсь снова посмотреть на маму. Ее глаза похожи на две голубые пятирублёвые монеты. В своей голове я репетировала этот разговор. Прокрутила раз миллион, но сейчас в мой рот словно напихали ирисок. Все слиплось от тошнотворного страха сказать правду. Только выбора у меня уже нет.
И на каком-то инстинкте мои ладони отлипают от кружки и ложатся на мой живот. Он не такой уже и плоский. Пальцами я сминаю мягкую ткань кофты. Смотрю на маму, не отрывая от нее глаз.