1221. Великий князь Георгий Всеволодович и основание Нижнего Новгорода
- Автор: Никонов Вячеслав Алексеевич
- Год: 2022
- Язык: русский
- Год: Эксмо
- ISBN: 978-5-04-164885-5
- Жанр: Исторические приключения
Электронная книга - «1221. Великий князь Георгий Всеволодович и основание Нижнего Новгорода». Краткое содержание книги:
Книга рассказывает о Георгии Всеволодовиче, великом князе Владимирском, правнуке Владимира Мономаха, значительной и весьма противоречивой фигуре отечественной истории. Его политика и геополитика, основание Нижнего Новгорода, княжеские междоусобицы, битва на Липице, столкновение с монгольской агрессией – вся деятельность и судьба князя подвергаются пристрастному анализу. Полемику о Георгии Всеволодовиче можно обнаружить уже в летописях. Для церкви Георгий – святой князь и герой, который «пал за веру и отечество». Однако существует устойчивая критическая традиция, жестко обличающая его деяния. Автор, известный историк и политик Вячеслав Никонов, «без гнева и пристрастия» исследует фигуру Георгия Всеволодовича как крупного самобытного политика в контексте того, чем была Древняя Русь к началу XIII века, какое место занимало в ней Владимиро-Суздальское княжество, и какую роль играл его лидер в общерусских делах.
Это увлекательный рассказ об одном из самых неоднозначных правителей Руси. Редко какой персонаж российской истории, за исключением разве что Ивана Грозного, Петра I или Владимира Ленина, удостаивался столь противоречивых оценок.
Кем был великий князь Георгий Всеволодович, погибший в 1238 году?
– Неудачником, которого обвиняли в поражении русских от монголов?
– Святым мучеником за православную веру и за легендарный Китеж-град?
– Князем-провидцем, основавшим Нижний Новгород, восточный щит России, город, спасший независимость страны в Смуте 1612 года?
На эти и другие вопросы отвечает в своей книге Вячеслав Никонов, известный российский историк и политик. Вячеслав Алексеевич Никонов – первый заместитель председателя комитета Государственной Думы по международным делам, декан факультета государственного управления МГУ, председатель правления фонда Русский мир, доктор исторических наук.
В формате PDF A4 сохранен издательский макет.
Видимо, аргументы послов были более чем весомыми. Итог переговоров: «Роман же, послушав великого князя Всеволода, отпустил его зятя Ростислава и брата его Владимира». Более того, по условиям заключенного мира Ростислав Рюрикович, зять Всеволода, становился новым киевским князем. «Князь же великий Всеволод посадил зятя своего Ростислава на престоле в Киеве».
В новых условиях пришлось подтверждать и договор с Ольговичами. 6 февраля 1205 года черниговские князья вновь целовали крест великому князю Всеволоду и его сыновьям, а также Роману Мстиславичу. Но, заметим, не киевскому князю Ростиславу Рюриковичу.
Своих посланников к Всеволоду в марте направил и другой его сват – Мстислав Романович Смоленский, племянник Рюрика. После пострижения дяди в монахи и примирения Всеволода с Ольговичами смоленскому князю оставалось только признать свои «вины» и искать покровительства у великого князя Владимирского.
Зимой 1205 года Всеволод Юрьевич решил заменить в Новгороде малолетнего Святослава на своего старшего сына – Константина.
«Князь великий Всеволод… забрал своего сына Святослава из Новгорода, так как новгородцы хотели изгнать его из Новгорода, был князь Святослав еще молод годами, – читаем в летописи. – И помирился с ними великий князь Всеволод Юрьевич понемногу, и когда просили у него новгородцы его сына князя Константина, он отпустил его».
Вот как описывал Карамзин логику этого решения: «Надобно думать, что Бояре Владимирские, пестуны юного Святослава, не могли обуздывать народного своевольства и что Великий Князь хотел сею переменою еще более утвердить власть свою над Новым городом. Двадцатилетний Константин уже славился мудростию, Великодушием, Христианскими добродетелями».
Заранее извещая новгородцев о своем решении, Всеволод ссылался на опасность предстоявших войн:
– В земле нашей рать ходит, а князь ваш, сын мой Святослав, мал; а даю вам сына своего старейшего Константина…
Проводы двадцатилетнего Константина в Новгород вылились в торжества государственного масштаба. Всеволод Юрьевич вручил Константину крест и меч – символы власти, выглядевшие более чем актуально в свете экспансии крестоносцев. При этом Всеволод, по сути, заявил о превращении Новгорода в главный стол Руси и свои претензии на этот город как на наследственное владение владимиро-суздальских князей.
– А Новгород Великий старейшинство имеет княжению во всей Русской земле… Не только Бог положил на тебе старейшинство в братии твоей, но и во всей Русской земле. И я тебе даю старейшинство – пойди в свой город!
Речь программная: Всеволод не только называет Новгород «своим» городом, но по его воле Новгород становится «своим» и для его старшего сына.
Братья провожали Константина, толпы людей громогласно осыпали его благословениями. «Константин же Всеволодович, взяв благословение и наставление у своей матери Марии, пошел в Новгород, проводили его братья, Юрий и Владимир, и все бояре его отца до реки Кидекша с почестями, и пришел он в Новгород месяца марта в 20 день».
В Великий Новгород Константин прибыл 20 марта 1205 года, там его тоже встречали ликованием. «Новгородцы также встретили сего Князя с изъявлением усердия: Архиепископ, чиновники вели в церковь Софийскую, и народ присягнул ему в верности. Угостив Бояр в доме своем, Константин ревностно начал заниматься правосудием… Мирные граждане засыпали спокойно: властолюбивые и мятежные могли быть недовольны».
В связи с этим рассказом о вокняжении Константина в Новгороде интересно замечание Преснякова, имеющее отношение к последующему соперничеству между Константином и Георгием Всеволодовичами. «Весьма вероятно, что книжник – сторонник Константина – использовал простой рассказ об отъезде Константина в Новгород и его проводах и внес в него ряд многозначительных черт, чтобы создать сцену, которая могла бы соперничать в политической значительности с обстановкой, в какой Всеволод передавал старейшинство Юрию… Перед нами нечто новое, чуждое Киевской Руси, чуждое и новгородскому летописанию: попытка связать право Константина на великое княжение (на старейшинство не только во всей братье-князьях, но и во всей Русской земле) с его княжением в Великом Новгороде, с тем, что “Новгород Великий старейшинство имать княженью во всей русской земле”. Зарождается новая историческая концепция великокняжеской власти, которая, с одной стороны, будет жить в наименовании северорусским летописанием великого княжения “Владимирским и Великого Новгорода”, а с другой – придает особую многозначительность новгородскому преданию о Рюрике, первом князе русском».