1221. Великий князь Георгий Всеволодович и основание Нижнего Новгорода
- Автор: Никонов Вячеслав Алексеевич
- Год: 2022
- Язык: русский
- Год: Эксмо
- ISBN: 978-5-04-164885-5
- Жанр: Исторические приключения
Электронная книга - «1221. Великий князь Георгий Всеволодович и основание Нижнего Новгорода». Краткое содержание книги:
Книга рассказывает о Георгии Всеволодовиче, великом князе Владимирском, правнуке Владимира Мономаха, значительной и весьма противоречивой фигуре отечественной истории. Его политика и геополитика, основание Нижнего Новгорода, княжеские междоусобицы, битва на Липице, столкновение с монгольской агрессией – вся деятельность и судьба князя подвергаются пристрастному анализу. Полемику о Георгии Всеволодовиче можно обнаружить уже в летописях. Для церкви Георгий – святой князь и герой, который «пал за веру и отечество». Однако существует устойчивая критическая традиция, жестко обличающая его деяния. Автор, известный историк и политик Вячеслав Никонов, «без гнева и пристрастия» исследует фигуру Георгия Всеволодовича как крупного самобытного политика в контексте того, чем была Древняя Русь к началу XIII века, какое место занимало в ней Владимиро-Суздальское княжество, и какую роль играл его лидер в общерусских делах.
Это увлекательный рассказ об одном из самых неоднозначных правителей Руси. Редко какой персонаж российской истории, за исключением разве что Ивана Грозного, Петра I или Владимира Ленина, удостаивался столь противоречивых оценок.
Кем был великий князь Георгий Всеволодович, погибший в 1238 году?
– Неудачником, которого обвиняли в поражении русских от монголов?
– Святым мучеником за православную веру и за легендарный Китеж-град?
– Князем-провидцем, основавшим Нижний Новгород, восточный щит России, город, спасший независимость страны в Смуте 1612 года?
На эти и другие вопросы отвечает в своей книге Вячеслав Никонов, известный российский историк и политик. Вячеслав Алексеевич Никонов – первый заместитель председателя комитета Государственной Думы по международным делам, декан факультета государственного управления МГУ, председатель правления фонда Русский мир, доктор исторических наук.
В формате PDF A4 сохранен издательский макет.
Немцы, объявившиеся в устье Западной Двины в середине XII века, первоначально действительно были торговцами и миссионерами. Поскольку обращение в католицизм исконного населения – ливов и латышей – продвигалось плохо, на помощь миссионерам отправили солдат.
Историк дипломатии Киевской Руси, членкор АН СССР Владимир Терентьевич Пашуто, подчеркивал: «Действия крестоносцев… направляла папская курия… Крестоносцы, вторгшиеся в Прибалтику, сумели обеспечить себе достаточно широкий приток людских подкреплений и средств из других стран в немалой степени потому, что этот крестовый поход был сразу же официально приравнен курией к походу на арабов.
Германская империя хотя и враждовала с курией, но в прибалтийском вопросе их интересы совпадали. Политические цели и германских императоров, и папской курии требовали создания здесь постоянных феодальных колоний для контроля над балтийской торговлей и политического давления на Швецию, Норвегию, Данию и Польшу, а главное – для наступления на Русь, чтобы обеспечить алчное немецкое дворянство новыми землями, а католическую церковь – источниками богатых доходов.
Момент для вторжения был выбран подходящий, ибо земли Верхней Руси не имели единой политики в балтийском вопросе. Эстония и Латвия находились в даннической зависимости от Новгорода, Пскова и Полоцка, борьба за влияние на эти сильные боярские центры шла между владимиро-суздальскими и смоленскими князьями».
Папа Целестин III (1191–1198) провозгласил крестовый поход, дав отпущение грехов «всем тем, кто, приняв крест, пойдет для восстановления первой церкви в Ливонии».
После нескольких неудачных операций удалось осуществить настоящий прорыв. Бременский каноник Альберт Буксгевден при поддержке папы Иннокентия III, германского короля Филиппа и датского короля Вальдемара II привел крестоносцев на 23 судах в устье Двины, где была захвачена Земгальская гавань и построена в 1201 году крепость Рига. Чтобы иметь постоянную военную силу, рассказывал Соловьев, «Альберт сперва начал было вызывать рыцарей из Германии и давать им замки в ленное владение, но это средство могло вести к цели только очень медленно, и потому он скоро придумал другое, более верное, именно основание ордена воинствующих братий по образцу военных орденов в Палестине; папа Иннокентий III одобрил мысль Альберта, и в 1202 году был основан орден рыцарей Меча, получивший устав Храмового ордена; новые рыцари носили белый плащ с красным мечом и крестом, вместо которого после стали нашивать звезду: первым магистром их был Винно фон Рорбах. Таким образом, немцы стали твердою ногой при устьях Двины». Меченосцы начали стремительную экспансию из Риги, которая шла в направлении Пскова и Полоцка.
Как же смотрели на эти посягательства князья полоцкие? «Они привыкли ходить войною на чудь и брать с нее дань силою, если она не хотела платить ее добровольно. Точно так же хотели они теперь действовать против немцев: в 1203 году полоцкий князь внезапно явился перед Укскулем и осадил его; неприготовленные к осаде жители предложили ему дань, он взял ее и пошел осаждать другой замок – Гольм, но сюда епископ уже прислал гарнизон, и русские, потеряв много лошадей от стрельбы осажденных, отступили от замка», – отмечал Соловьев.
После этого, беспощадно подавляя латышское население и привлекая на свою сторону часть ливской знати, крестоносцы, несмотря на сопротивление латышских и русских воинов, овладели главными опорными пунктами полоцкой власти в Нижнем Подвинье – крепостями Кокнесе (1207), Селпилс (1208), Ерсике (1209), закрепившись на землях ливов, селов и южных латгалов.
Полоцкий князь Владимир в 1210 году был вынужден подписать с епископом и орденом «вечный мир», по которому признавал сделанные ими приобретения, а те признали его сюзереном и обязались ежегодно выплачивать издавна шедшую Полоцку ливскую дань.
Всеволоду Юрьевичу и его сыновьям приходилось теперь иметь в виду новые геополитические вызовы с северо-запада. Угроза с запада – то, что должно обязательно рассматриваться в череде факторов, определявших логику князей Владимиро-Суздальского княжества, которые часто являлись и новгородскими князьями.