Дремлющее благословение (СИ)
- Автор: Клоденестра
- Язык: русский
- Жанр: Любовно-фантастические романы
Электронная книга - «Дремлющее благословение (СИ)». Краткое содержание книги:
Этот холодный убедительный тон оказал на обоих должное действие: пусть это было не слишком приятно, они не могли нарушить подобное обещание. Каким-то бессознательным образом они оба чувствовали, что хотя Дирн терпел их ненависть друг к другу (они даже не догадывались, с каким трудом), попытка убить друг друга могла вызвать с его стороны реакцию, последствия которой даже им, сильнейшим из Благословенных, не удалось бы ни предотвратить, ни ослабить.
Дирн был рад, что они чувствовали это, потому что в скором времени им предстоял удар, который должен был поднять их нетерпимость друг к другу до своего наивысшего предела.
Они расстались почти мирно, без дополнительных стычек и, самое главное, без каких-либо подозрений и нежелательных предчувствий. Похоже, Ноам и Аваддон совершенно не верили в то, что Дирн мог пойти на крайние меры. Это было только к лучшему.
Направляясь домой, Дирн чувствовал облегчение по поводу отсутствия осложнений и в то же время… внутренне сгорал от боли и тоски, которые стремительно усиливались по мере приближения его последнего шага.
========== Глава 17. Нападение и выбор ==========
Следующие две недели Дирн, как ни странно, был весьма далек от каких бы то ни было переживаний и грустных чувств. Аваддон и Ноам как будто задались целью облегчить ему задачу и, по крайней мере, избавить от чрезмерных душевных страданий. Они так раздражали его своей настойчивостью, неугомонными попытками доказать свое превосходство и таким образом вынудить склониться на свою сторону, что он практически постоянно пребывал в состоянии тихого бешенства.
По правде говоря, он понимал их чувства, и их борьба тоже была ему вполне ясна, однако он никак не мог стерпеть того, что они отказывались воспринимать всерьез его волю! Они вели себя так, словно он вовсе никогда не высказывал своего решения, и это чрезвычайно злило его, поскольку отдавало пренебрежительностью и неуважительным отношением к его мнению. Он мог бы принять их злость и даже разочарование после сделанного им выбора, но только не отказ вообще признавать существование этого выбора.
Если поначалу у него еще были некоторые сомнения относительно задуманного им плана, то после того безобразия, что учинила ему эта высокородная парочка, он утвердился в нем крепко, как корни дерева в почве земли. И как его бесило то, что и Аваддон, и Ноам пытались завлечь его на свою сторону подарками!
Аваддон, не так давно получивший свои двести сорок Геретских самородков, именно в этот период преподнес ему потрясающую боевую колесницу, бока которой были покрыты в симметричном порядке лишь слегка обработанными Геретскими монстрами, что создавало поистине необыкновенное зрелище. Дирн, к сожалению, не смог оценить его по достоинству, поскольку увидел в этом лишь еще одну попытку оставить Ноама позади и таким образом стать единственным победителем.
Ноам, в свою очередь, не отставал. Каким-то неведомым образом Дирн вдохновил его на возвращение к старому призванию, что привело к появлению удивительного и невиданно сложного чертежа, из которого должен был впоследствии вырасти огромный, немыслимо красивый дворец. С этим чертежом Ноам и явился к Дирну, желая убедиться в том, что того всё устраивает, поскольку этот дворец, конечно же, он намеревался преподнести ему в качестве подарка ко дню рождения!
Никакие попытки вразумления не действовали, Дирн вскоре даже перестал тратить на них силы. Даже если бы Ноам и Аваддон не воевали друг с другом, он бы все равно боролся против такой расточительности и чересчур трепетного отношения, ну а тот факт, что все это делалось главным образом из желания насолить друг другу, и вовсе не оставляло в его душе никаких теплых чувств.
Наверно, именно поэтому пришедшее спустя десять дней послание от Исаириса не только не вызвало в нем страха и печали, но наоборот: заставило почувствовать облегчение. Пусть это было злое, сердитое облегчение, его было гораздо легче перенести, чем ту боль и слабость, которые представлялись ему куда более вероятными.
Он отправился к Исаирису поздно вечером, а домой выехал уже глубокой ночью: Благословенный на протяжении нескольких часов объяснял ему все тонкости и особенности, связанные с использованием Полотна Фавна, так что Дирн возвращался домой, чувствуя себя обладателем поистине редчайшего сокровища.
Как он ни злился на Ноама и Аваддона, когда задуманный им план принял вполне реальные очертания, будто острый камень оцарапал ему сердце. Ранка пока была маленькая, почти неощутимая, но он знал, что она не останется такой надолго. Теперь, когда времени почти не осталось, она будет расширяться с неумолимой стремительностью, подобно тому, как водный поток, набирая силу, несется сквозь прорвавшуюся плотину.
Созданное из Русалочьей Звезды и Ланиерита Полотно Фавна представляло собой простой на вид зеленовато-серый камень, из которого Исаирис сделал неприметный тонкий кулон; оно совершенно не походило на тот мощный неодолимый артефакт, которым на самом деле являлось. Дирн пока не надел его, оно лежало в сумке, притороченной к седлу, надежно спрятанное в маленьком потайном кармане. Полотно обладало тонкой чувствительностью, Дирн боялся активировать его раньше времени, поэтому держал пока подальше от себя.
Отдаляясь от дома Исаириса, он уже не чувствовал никакого облегчения. Ему было не по себе. Что-то мерзкое подкрадывалось к горлу, вызывая мучительный страх и что-то еще, что-то, чего он никак не мог сейчас допустить.
Он был в самом центре Орлиной Дубравы (густой лес на юге Альдена), когда конь под ним неожиданно споткнулся, застав его как раз в самом задумчивом и отрешенном состоянии духа. В других обстоятельствах он бы, возможно, смог удержаться, но он был слишком рассеян, а скорость к этому времени развилась внушительная, поэтому он не просто упал, а вылетел на полном ходу из седла, успев лишь в самый последний момент сгруппироваться так, чтобы основная сила падения пришлась на руку и бок.
Как ни странно, ему повезло. Хотя удар чуть не выбил из него дух, он уцелел и даже почувствовал себя вполне сносно спустя две-три минуты. Только тогда прорезалась острая боль в локте и кое-что еще – понимание, что упал он вовсе не случайно.
Дирн заметил бледный свет между двумя деревьями впереди, а затем и темную фигуру, от которой он исходил. Фигура стояла совершенно неподвижно и не давала возможности четко разглядеть себя. Но от нее исходила опасность – в этом не могло быть никаких сомнений, и потому Дирн, несмотря на все еще мучившую его ломоту во всем теле, немедленно заставил себя встать. Быстро не получилось, но к тому времени, как он это сделал, его неведомый преследователь сухо произнес:
- Никогда бы не подумал, что Ноам опустится до такого.
Голос был совершенно незнакомый, однако, чуть привыкнув к темноте, Дирн понял, что видит этого человека не впервые. Это был Благословенный, с которым он нередко сталкивался в Белом Колизее, и который неизменно присутствовал на всех Собраниях Краеугольного Сената. Кажется, его звали Таддеус Безмятежный… Влиятельная, но не слишком яркая персона, с которой Дирн никогда не имел никаких дел.
- Вы? – воскликнул он скорее от неожиданности, чем от непонимания. Понимание уже зародилось в его сознании, вызванное только что услышанной фразой, и быстро обрастало закономерными деталями. – Что, черт побери, вам от меня нужно?!