Во временное пользование
- Автор: Зайцева Мария
- Язык: русский
- Жанр: Короткие романтические романы
Электронная книга - «Во временное пользование». Краткое содержание книги:
В тексте есть: криминал, откровенные сцены, детективная основа любовного романа
Лапа его в этот момент очень даже недвусмысленно опустилась на мою ягодицу и щипнула в то самое место, которое, как он предполагал, могло пострадать от клеща.
Я только фыркнула, выбралась из его рук и пошла дальше, даже не высказав этому мужлану ничего про его гадкое шовинистическое поведение. Во-первых, не было толку. Во-вторых, все мои мысли были там, возле указанного мамой места.
Дойдя до елки. Я в недоумении замерла, не зная, что дальше делать.
Где искать.
- Ну что? - Розгин остановился рядом, - чего замерли?
- Яааа… Понимаешь, мама указала это место, но я не понимаю просто… - поделилась я сомнениями.
- Точно это? – он походил вокруг, попинал сухие иголки, усыпавшие землю. Потом обратил внимание на ствол дерева, - это чего тут? Глянь?
Я торопливо подошла и увидела две буквы, вырезанные на стволе. Выглядело это так, словно влюбленные оставили здесь свои инициалы, как это бывает часто. А+П. Заключенные в сердечко.
- Анна и Петр, - прошептала я, касаясь кончиками пальцев прорезанных линий, - мама и папа.
- Понятно. Жди здесь, Княгиня. Я в машину за лопаткой.
Розгин ушел, а я, как завороженная все водила и водила пальцами по глубоким бороздам, прикусывая губы от переживаний.
Они здесь были, они оставили знак. Когда? Наверно, уже когда я была за границей, в Испании. Брат про это точно не знал…
Почему ему ничего не сказали? Странно.
Пришел Розгин и молча начал копать землю под надписью.
Я следила с огромным волнением, с замиранием сердца, даже не предполагая, что можно ожидать. Что там?
Клад?
Бумаги?
Может, какой-то дневник?
Прабабушкины драгоценности, которых не было, или про которые мы ничего не знали?
Что?
Тут лопатка ударила обо что-то твердое, и я замерла, не отрывая взгляда от напряженной спины Розгина.
Пустота принятого решения.
Розгин никогда, ни в одном варианте развития событий своей, очень богатой на события жизни, не мог предполагать, что когда-нибудь ему придется искать клад.
Все мог представить. И кое-что – даже с процентной вероятностью.
А вот поиск клада – тут даже смешно говорить про процент. И про доли процента.
Но, вот он. Клад.
Маленький переносной сейф, вполне современный, кстати, бережно укрытый несколькими слоями пленки.
Пока Розгин все это дело доставал и разматывал, Княгиня в нетерпении приплясывала рядом, постоянно лезла под руку и пыталась предложить помощь. Короче, мешала, как могла.
- Да сядь ты уже, нахрен! – рявкнул на нее Розгин с досадой, и только после этого она убрала свои тонкие пальчики от грязной коробки.
Обидчиво поджала губки, отошла в сторону.
Но Розгину было не до обидок. Проверив, нет ли чего-нибудь еще в яме, он содрал все слои пленки с сейфа, задумчиво оценил его вес. Судя по всему, там не драгоценности. И не золото. Слишком легкий.
Поднял взгляд на Княгиню.
Она по-прежнему стояла в стороне и сверлила его злыми глазами.
Ух, какая! Розгин поймал себя на том, что ему нравится этот ее боевой настрой. Уж по-всякому лучше, чем непонятная размазня, боящаяся своей тени.
- Пошли в машину.
Она кивнула. И двинулась первой. С гордо поднятой головой. Розгин, немного позалипав на высокомерно покачивающиеся ягодицы, облизнулся непроизвольно, покидал на место , где был спрятан клад, веток и рыжей многолетней хвои, чтоб не с первого взгляда можно было найти, подхватил ящик и пошел на своей нанимательницей. Или случайной любовницей? Или… Впрочем, неважно. Одно другого не отменяет. И объединяет все эти определения то, что они – временные.
Княгиня уже успела дойти до машины и теперь молча смотрела на господский дом, зябко обняв себя руками.
Розгин открыл патриот, швырнул коробку вниз, между сиденьями, подошел к Ульяне. Закурил, задумчиво разглядывая пейзаж.
Унылый, как это часто бывает осенью в России. Нет у нас европейской благости и ухоженности. Нет ожидания чего-то светлого, затишья перед зимней сказкой.
Осень в средней полосе России каждый раз падает так, словно за ней, следом, апокалипсис грядет.
Безнадега, грязища и холод. Может, на юге как-то по-другому, или, там, на севере… Но Розгин ,в основном , осенью почему-то на среднюю полосу попадал. И помнил только такое.
Но никогда особо не зацикливался. Нихера не романтик, потому что. А вот рядом с Княгиней – тянуло на непонятные вещи.
Он искоса глянул на нее, на красивое, печальное лицо, задумчивое такое.
Она смотрела на дом своих предков буквально со слезами. И этот момент, конечно, охерительно романтический, неожиданно выбесил.