Освобождение [ЛП]

— Ты ничего обо мне не знаешь. Но кое-что я тебе расскажу: когда я стал священником, моя репутация была отнюдь не безупречной, и душевные терзания убийцы для меня не в новинку.

— Да что происходит? Зачем ты пришел? С какой целью? Чтобы вызвать во мне чувство вины и таким образом заставить меня сдаться? Чтобы я мирилась с такой ситуацией до тех пор, пока этот ублюдок не умрет естественной смертью? — теперь уже я скрещиваю руки на груди и отрицательно качаю головой. — Я не могу. Понимаешь, завтра! Мне придется идти к нему домой и два с половиной часа играть в какую-нибудь его очередную извращенную игру, потому что именно такую сделку я с ним заключила, чтобы он посреди ночи не ломился ко мне в дверь.

Я лучше помолчу о том, что в прошлый раз, мне пришлось ему отсасывать, пока он слушал какую-то жуткую запись Убийцы из коробки для игрушек. Незадолго до этого Кэлвин решил поиграть в гинеколога и сделал меня своей пациенткой. И это еще ничего по сравнению с тем, что он заставлял меня делать в прошлом, но даже я не могу признаться в этом вслух. («Убийца из коробки для игрушек», а именно Дэвид Паркер Рэй — американский серийный убийца. Сексуально пытал и убивал своих жертв в самодельной камере пыток, оборудованной за $ 100000, которую он назвал «коробкой для игрушек». Рэй записывал звуки пыток на аудио кассеты, а также делал видео, когда «играл» со своими жертвами в то время, когда они приходили в сознание. Именно эти записи и слушал Кэлвин – Прим. пер.).

Его глаза заволакивает чем-то тёмным — намного темнее, чем обычный задумчивый взгляд отца Дэймона.

— И тебе приходится делать такое, чтобы держать его на расстоянии?

Я даже не утруждаю себя ответом, учитывая, что для этого уже шантажирую священника.

— С твоей помощью или без, я так или иначе вычеркну его из своей жизни.

— Один из моих прихожан владелец охранной фирмы. Возможно, он сможет…

— Я меняла замки. Устанавливала камеры. Делала множество вещей, которые не могу себе позволить. Он все равно каким-то образом попадает внутрь. Все равно возвращается в мою жизнь. Хочешь знать, почему я такая хитрая? Я знаю, каково это, когда кто-то пишет твоему боссу.

Тяжело вздохнув, Дэймон проводит рукой по волосам и лицу, и я понимаю, что одним этим жестом он закончил наш разговор. А это значит, что мне каким-то образом придется набраться смелости и самой вонзить в позвоночник Кэлвина один из этих всемирно известных ножей.

— Мне хочется тебе помочь, Айви, но, несмотря на то, что ты для себя решила, я не наемный убийца.

— Тогда нам больше нечего обсуждать.

Развернувшись на каблуках, я едва успеваю дотянуться до дверной ручки, как он рывком возвращает меня назад, и я ударяюсь спиной о его крепкую грудь.

— Нам нужно обсудить еще кое-что. Это напряжение должно прекратиться. Мой разум одолевает множество грязных, греховных мыслей. Таких, от которых я не могу избавиться.