Магия ответа [СИ]

— Мне говорили, что обоих Стражей Врат у Борзовых убили… — сказал я.

— Стражей Врат? — бывший узник довольно улыбнулся, показывая выбитые зубы, — Ты мне льстишь, юнец…

Он хотел засмеяться, но закашлялся. Ему понадобилось время, чтобы восстановить дыхание.

— Стражи Врат — это Царская Гвардия. А мы так, местного розлива, — чуть бодрее сказал оракул, — Не дотянул я немного в юности… Но и ладно, служить роду Вечных Лунных тоже большая честь… была…

— Так тебя не убили?

— Вепревы должны были убить… — поджал иссохшие губы Перовский, — Но оставили в качестве свидетеля.

Не спуская глаз с Бориса Вепрева, который так и лежал без чувств, я слушал тишину коридора. Что-то мне подсказывало, что скоро у нас должны быть гости.

А ещё интуиция говорила, что Георгий тоже о себе заявит. Что-то случилось со сменщиком надзирателя, и мне кажется, белобрысый громила как-то с этим связан.

— Славины… это ведь они затеяли всё это, — тихо сказал старик, — Вепревы согласились им помочь убрать Борзовых. Но подстраховались, и вот я здесь.

— Все двадцать лет тут?

— Ну, раньше это поместье принадлежало Борзовым. Вепревы не теряли надежды узнать… кха… один секрет…

— А Славины, — я перебил старика, — это у нас…

Оракул чуть округлил мутные глаза.

— Тебя что, тоже взаперти держали? — он удивился.

Я усмехнулся:

— Ну, условия были получше. Хотя вот сегодня я накосячил, как видите.

Мне удавалось говорить ровно, и старик не учуял ложь. Что, что, а следить за эмоциями я умею. Тем более, Василий после моего ментального толчка притих.

— Славины… это же третий Великий Род… ну, то есть, второй уже…

— Вечные Лунные, — кивнул я, наконец вспомнив.

Белобрысый Георгий рассказывал мне об этих Славиных. И Вепрев упоминал тогда в карете, что это они могли подослать убийц ко мне в Маловратске.

А ещё носатый сказал тогда о Перовских…

— Кха, — вырвалось вдруг у очнувшегося Вепрева, и я вскинул магострел.

Между нами метр, не промахнусь.

Борис распахнул глаза, проморгался, пытаясь понять, что происходит. А потом вдруг вытаращился на меня и на оракула.

— Тхэлус… — прошептал он, — Ты чего наделал?

Он успел нахмурить брови… Я понял, что маг высвобождается, и уже хотел нажать на курок, как Перовский тронул моё колено:

— Стой.

Вепрев замер, уставившись в одну точку. Его желваки играли, губы дёргались, будто происходила какая-то внутренняя борьба.

Ноги ему я не связывал, и оракул вдруг сказал:

— Встань.

Борис послушно, кряхтя от неудобства, перекатился на живот, упёрся лбом в пол.

Я заметил, что ремни, стягивающие его руки за спиной, почернели и слегка дымились. Ещё чуть-чуть, и вырвался бы…

— Иди, — прошептал оракул, а потом протянул мне руку, — Помоги, Василий.

Лишь на миг я призадумался, но потом подхватил старика, помогая встать.