Самая настоящая Золушка

— Ты меня правда любишь? — спрашиваю немного севшим от волнения голосом.

— Люблю, — без паузы, как будто ждал именно этот вопрос, отвечает Кирилл.

Но смотрит снова как будто сквозь меня.

Я даже толком не успеваю зацепиться за эту мысль, потому что Кирилл передает меня в руки нескольким работницам салона, одна из которых выразительно, словно желая показать свое расположение, закрывать дверь изнутри. Сегодня, ближайшие несколько часов, здесь буду только я.

Когда-то, как любая девушка из простой семьи, я любила представлять себя героиней сказки: рядом был мой принц, мы выбирали платье, и он мило краснел, глядя на то, как меня преобразили белый шелк, кружевная фата и маленькая диадема в волосах. Все это казалось таким естественным и правильным.

Но в реальности я чувствую себя очень странно.

Потому что меня заводят в какой-то отдельный маленький зал, суют в нос несколько платьев, которых я даже не могу рассмотреть, и наперебой рассказывают, что эти кружева, ткани и украшения сделаны самыми модными свадебными дизайнерами, выполнены в единичных моделях и что я буду самой потрясающей невестой в любом из них. Раздевают меня, хоть я, сбитая с толку, пытаюсь прикрыться руками и слабо возражаю против платья, которое внизу похоже на русалочий хвост. Я не хочу такой наряд, я не хочу то, на чем висит сумасшедший ценник, потому что это моя сказка, а не шоу «Оденься дорого и безвкусно».

— Мне это не нравится, — говорю я, когда меня подводят к зеркалу — и я вижу на себе что-то странное, очень вульгарное и открытое.

Девушки за моей спиной переглядываются и плохо маскируют возмущение. Наверное, платье и правда очень дорогое, раз оно должно нравиться безусловно и всем.

— Вашему жениху оно обязательно понравится, — говорит та из них, что закрывала магазин, и подталкивает меня к выходу в основной зал.

Но Кирилла внутри нет. Вместо него там та самая женщина, чьих близнецов я успокаивала в магазине и благодаря которой в моей грустной жизни случилось маленькое волшебство. Кажется, она старшая сестра Кирилла, а те мальчики — его племенники.

— Катя, да? — спрашивает женщина. Она выглядит вполне радушной, но усталость на лице портит все впечатление. Как будто в эту минуту она хочет быть где угодно, но только не здесь.

Я киваю, пытаясь отыскать Кирилла, и нахожу его стоящим на улице, спиной к витрине, в которой красуется красивое свадебное платье в стиле сказочной принцессы. Не понимаю, почему мне не предлагают такое же.

— Я — Лиза, сестра Кира. — Женщина осматривает меня, качает головой и посылает работницам очень недалекий взгляд. — Это никуда не годится. Мой брат берет в жены милую хорошую девочку, а не Кардашьян, поэтому, пожалуйста, начните отрабатывать свои комиссионные.

И все меняется, словно по взмаху волшебной палочки: мы с Лизой выбираем платье, туфли, диадему. Почти не разговариваем, но между нами восстанавливается молчаливое согласие. В конце концов, когда я смотрю на себя в зеркало и вижу в нем не непонятное что, в чем и не вздохнуть, на бесконечное нежное кружево кремового цвета, шелк и деликатную вышивку без стразов и жемчуга, я вдруг остро осознаю, что через несколько дней во всем этом буду стоять рядом с мужчиной своей мечты и скажу ему «да».