Джованна I. Пути провидения
- Автор: Митаишвили Рамази
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Алгоритм
- ISBN: 978-5-00180-098-9
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Джованна I. Пути провидения». Краткое содержание книги:
13-15 веков, гарантирующих подлинность исторических событий и описываемых в них мельчайших подробностей, дабы имя мудрой королевы Неаполя вошло в историю так, как оно того и заслуживает.
Книга является историко-приключенческим романом, но кроме описания захватывающих событий, присущих этому жанру, можно найти элементы философии, детектива, мистики, приправленные тонким юмором автора, оживляющим историческую аккуратность и расширяющим круг потенциальных читателей.
В формате PDF A4 сохранен издательский макет.
– Подойди, дитя моё. Господь Всемогущий да благословит тебя! – подозвал к себе Джованну король, запечатлевая у неё на лбу отеческий поцелуй.
Если до сих пор у вельмож было тяжело на душе, то после слов короля они поняли реальность происходящего: уход столь авторитетного правителя мог привести к угрозе их благополучия. Волнение отражалось на лицах присутствующих, по щекам некоторых текли слёзы. Сторонники решения короля в душе молились, чтобы он прожил как можно дольше – до полной зрелости Джованны, когда она станет достаточно сильной, чтобы противостоять внешним и внутренним врагам. Лишь на ничего не выражающем лице Карла Дураццо появилось что-то похожее на ненависть: его глаза сверкали злобой и с трудом контролируемым гневом. Но, призвав на помощь всё самообладание и хитрость, он взял себя в руки и постарался принять безмерно печальный вид.
Подойдя к королю, юная принцесса остановила на нём взгляд, полный смущения, и скоро её охватило необыкновенное волнение от неловкости и непривычности своего положения, от предстоящей ей важной роли. Так что Джованна сосредоточила всё своё внимание на том, что происходило перед ней, – как и подобает будущей королеве.
Вся знать Неаполя присягнула на верность принцессе, ведь, несмотря на юный возраст, она зарекомендовала себя умной и образованной женщиной, которая к тому же пленила всех своей красотой.
Лишь мрачный Дураццо неохотно преклонил колени и присягнул, из последних сил подавляя нарастающее желание выразить презрение ко всей этой церемонии.
После того, как формальности были соблюдены, а разговор стал общим, всех пригласили к столу. Великолепие застолья поражало, от обилия яств ломились столы, но пиршество протекало уныло – присутствующие почти не шутили и не веселились, невзирая на обильные возлияния.
По мере того как винные пары всё больше затуманивали сознание Карла Дураццо, его лицо темнело от еле сдерживаемого гнева, уже готового излиться в словах.
Король интуитивно обернулся, ища глазами герцога, чьё поведение становилось всё более непристойным, а после отвёл в сторону, сказав подчёркнуто благожелательно:
– Ради Святой Девы, Карл, подумайте о том, что собираетесь сделать.
– Ваше Высочество! Вы не вписали моё имя ни в один из пунктов своего завещания. Мне, герцогу, Вашей опоре и столпу королевства, нужно подчиняться этой девчонке? Клянусь небом, этого не будет никогда, а вы все пожалеете об этом! – уже почти кричал Карл, дав полную волю своим чувствам, находясь во власти вина и нечистого. Побледнев, он качался из стороны в сторону, речь его была бессвязной.
Король молча выслушал обиженного и ответил со свойственной ему решительностью и твёрдостью:
– Ваша светлость! Решение принято, изменить в нём что-либо невозможно. Вы не владеете собой, и это с непреодолимой силой влечёт вас к гибели. Вам следует уповать на милость небес и моё великодушие.
Карл мгновенно протрезвел и застыл на месте, сломленный и униженный, почувствовав реальную и близкую угрозу. Слушая короля, он в смущении опустил голову, на щеках его всё ярче проступал румянец. Поняв свою оплошность, герцог встал на колени, потупив глаза и прося прощения за свою несдержанность. Дураццо пытался разъяснить, что вспышка гнева произошла оттого, что обилие выпитого обострило его чувства, говорил, что он вполне лояльный барон, и нёс прочую чепуху. Роберт поднял его с колен, холодно поцеловал в знак прощения и распрощался – как с незнакомцем, пути с которым после очередного перекрёстка наконец расходятся.