Интриган. Новый Петербург
- Автор: Чехин Сергей Николаевич
- Язык: русский
- Жанр: Боевая фантастика
Электронная книга - «Интриган. Новый Петербург». Краткое содержание книги:
И раз уж двум смертям не бывать, то он становится единственным выжившим, чье тело выносит к набережной Нового Петербурга. Огромного портового города в мире, где только что разгромили японцев, о коммунизме никто никогда не слышал, а Российская Империя колонизирует Северную Америку, загнав остатки штатовцев далеко на Дикий Запад.
Несмотря на это, город прозябает в коррупции, бандитизме и распрях знатных родов, чьи методы порой неотличимы от мафии. Да еще и просачиваются новости о новом наркотике, временно наделяющим колдовским даром.
Делают его из крови чародеев, которые уже начали пропадать, но кто именно виноват — неизвестно. Пять семей обвиняют друг друга, грозя утопить улицы в клановых разборках. Выжить тут непросто, но в молодом теле — душа и разум мастера интриг, шпионажа и боевых искусств.
И вскоре стало ясно, почему. У входа с визгом затормозили машины — одна, вторая, третья. Захлопали дверцы, застучали сапоги — если Гордей и ездит с целым взводом охраны, то к чему такая поспешность? Как полицейская облава, ей богу.
В ресторан ввалились десять рослых плечистых молодцев в соломенных шляпах и светлых пальто, под которыми покачивались карабины и кобуры с револьверами.
— Вон они! — бармен указал на нас и спрятался за стойкой.
Бугаи направились к нашему столику. Кажется, я малость переборщил с конспирацией, и нас приняли не то за рэкетиров, не то за членов враждебной банды.
Так или иначе, вместо наследника по тревоге приехала группа быстрого реагирования местного разлива.
И нас однозначно ждали бы сломанные кости, а то и что похуже, если бы на моей стороне не оставался Дар.
Главное — не спалить и это заведение, ведь за него придется отстегнуть несоизмеримо больше.
И в этот раз призвал на помощь не огонь, а воду, превратив ее в тончайший слой льда под ногами бандитов.
Какое-то время те маршировали на месте лунной походкой, а затем дуновение ветра сбило с ног всю десятку.
Тут слегка перестарался, и во все стороны полетела посуда, скатерти и подолы платьев.
Почтенная публика с воплями кинулась прочь, а я же с усмешкой вращал пальцем, точно перемешивал чай в стакане, и бугаи с вытаращенными зенками вертелись на полу, как заправские брейк-дансеры.
Увы, шоу пришлось прервать, когда над ухом щелкнул курок, а в затылок уперлось холодное дуло.
— Закiнчуй цей балаган, — узнал знакомый голос. — Про шо хотiв казати?
Охранники замерли, а зашедший с черного входа Гордей спрятал револьвер и сел напротив. Я велел Марку принести чемоданы и открыл тот, что с деньгами.
— Здесь вся сумма.
— А там? — Хмельницкий указал трубкой на тонкий кейс, куда могли поместиться только бумаги.
— А там кое-что крайне важное, о чем я хочу лично переговорить с твоим отцом.
— Отец со всякой шушерой не балакает, — очевидно, Гордей мог спокойно разговаривать на русском, просто не хотел.
— А как насчет уполномоченного посредника семьи Кросс-Ландау? — я положил ладонь на кейс и многозначительно посмотрел на собеседника. — С правом торговать алкоголем в порту.
Толстяк насупился и зыркнул исподлобья.
— А не брешешь? Ну-ка, покажи. Если подделка или филькина грамота — я сломаю тебе ноги. И плевать, что чаклун.
Я открыл крышку и повернул чемодан к Гордею. Тот поднес лист к лицу и долго изучал, разве что не обнюхивая печать. После чего сказал:
— Крыжовник и сирень.
— Что? — не сразу понял, к чему он клонит.
— Любимые духи Риты. Очень редкие, от частного зельевара прямиком из Польши. Ни у кого таких больше нет. Значит, подпись настоящая. Не знаю, как ты ее добыл, но мне твой подход нравится. Три дня назад вернулся с фронта в обнищавший дом, а уже ходишь, как англицкий джентльмен, катаешь на элитном кабриолете и сыплешь грошами налево-направо. Пожалуй, к тебе стоит приглядеться получше. Езжай за нами.
Широкая гравийная дорога петляла меж раздольных полей, протянувшихся от горизонта до горизонта.
Я увидел и пшеницу, и ячмень, и стройные ряды кукурузы и красно-зеленые всходы сахарной свеклы — культуры, идеально подходящие и для здорового сытного питания, и для производства алкоголя.
Нам навстречу то и дело катили грузовики с цистернами, кунгами и насыпными кузовами. Иной техники не заметил — похоже, с изобретением трактора здесь тоже повременили. Да и зачем, если недостатка в рабочей силе не имелось.
Всюду сновали смуглые фигуры с длинными черными волосами — десятки, сотни, а может и тысячи. С корзинами, тяпками, ведрами и тачками — собирали, рыхлили, удобряли, не покладая рук и не разгибая спин.
И глядя на тощие изнуренные тела, едва прикрытые отрезами хлопчатой ткани, я сильно сомневался, что батракам здесь платят достойную зарплату.
За аборигенами присматривали конные разъезды — лихие молодчики в джинсах и ковбойских шляпах внимательно следили за полями, держа для воров и налетчиков карабины, а для непокорных индейцев — лассо и длинные кнуты.
И одними только избиениями наказания не ограничивались.
Вдоль дороги тянулись телеграфные столбы, и чем дальше мы отъезжали от города, тем чаще встречали рабочих, подвешенных за руки на опорах — так, что земли касались только пальцы.
Мужчины и женщины стояли со связанными запястьями, а на их шеях висели тяжелые металлические блины — килограмм по пять навскидку.
Выглядели страдальцы крайне паршиво — кто стонал от жажды и жары, кто безвольно свешивал голову, а кто и вовсе не подавал признаков жизни.