Охотник за нечистью и Похититель Душ (СИ)
- Автор: Видана Анастасия
- Язык: русский
- Жанр: Фэнтези
Электронная книга - «Охотник за нечистью и Похититель Душ (СИ)». Краткое содержание книги:
Он не видел, как один за другим на поляне возникли пять темных зловещих силуэтов. Человек, кажется, ничуть не удивился их появлению. Поднявшись с земли, он отступил в сторону, припадая на раненую ногу, и принялся перевязывать свои раны. Судьба оборотня его более не заботила. Темные Жнецы — а это были именно они — окружили опутанного сетью старика и растворились вместе с ним в воздухе.
Охота удалась.
Глава 28. План
— Мой господин! — появившийся в дверях стражник поклонился эймиру и выпрямился, тревожно вглядываясь в его осунувшееся лицо. — Прибыл Хафис. Он просит о встрече.
— Пусть войдет, — голос эймира, надтреснутый, хриплый и слабый, поверг преданного стража в ужас. Он вновь согнул спину в поклоне, чтобы скрыть написанное на лице отчаяние, и отворил двери для прибывшего.
Седобородый старик шагнул в покои эймира, бережно сжимая обеими руками резную шкатулку. Искаженное болью лицо Заитдана просветлело:
— Тебе удалось!
— Да, мой господин — да продлятся дни твои вечно! Он здесь.
— Никто не погиб?
— Один человек из всего каравана, эймир.
Заитдан кивнул — жертв могло быть гораздо больше. Скорчившаяся на полу у его ложа Рун подняла на старика измученный взгляд разноцветных глаз, и Хафис ободряюще ей улыбнулся.
— Можешь идти, — отпустил стражника Заитдан и попытался сесть. Рун тут же бросилась помогать. Общими усилиями они кое-как придали телу эймира подобающее положение, удерживаемое только его несгибаемой волей и множеством шелковых подушек, подоткнутых со всех сторон. Хафис удрученно покачал седой головой. Сын его дорогого друга и повелителя умирал… Неужели эта девушка еще надеется исцелить его?
— Я не столь немощен, как это кажется со стороны, Хафис, — улыбнулся эймир. Улыбка исказила его лицо.
— Да, мой господин, — поспешно согласился старик и отвел глаза.
— Ты давно не бывал в столице, не гостил во дворце — иначе знал бы, что мне случалось переносить и не такое. Сантаррему не часто доводится воевать, но я всегда сам веду свои войска в бой. Шрамы на моем теле могли бы поведать тебе об этом, — эймир усмехнулся, и Хафис понял, что Заитдан шутит, — но сейчас у нас есть дела поважнее.
Не отводя от эймира обеспокоенных глаз, Рун бесшумно поднялась на ноги и подала ему кубок с каким-то отваром. Заитданн сделал несколько глотков и отрицательно качнул головой — хватит.
— Нам удалось пленить ифринна, — сразу же перешел к делу Хафис, решив не терять времени зря, — но это лишь пол беды. Это могущественный, злобный и весьма мстительный дух. Он раб кольца, это верно, и тот, кто владеет перстнем, может повелевать ифринном, однако тот вполне способен обратить все желания своего господина ему во вред. Нам следует быть крайне осторожными!
— Продумаем все возможные варианты. Пока ты охотился за Аблис-Марром, мы с Рун пересмотрели множество древних свитков и постарались собрать все, что известно о Темных Жнецах, Древе Смерти, Магии Тайного Имени — и ифриннах, — эймир кивнул девушке. — Расскажи.
— Темные Жнецы — приспешники Зла. Они подчиняются Богу Смерти и собирают кровавую жатву по слову Его, — с готовностью начала Рун. — Он посылает их за особыми грешниками, нарушающими человеческие и божьи законы: ведьмами и колдунами, владеющими запрещенной магией на крови, детоубийцами… Бывает, что кто-то из Жнецов начинает служить человеку — не простому смертному, но обладающему даром.
— Как такое возможно? — поднял седые брови Хафис.
— Они заключают сделку: Темный Жнец помогает одаренному достигать поставленных целей здесь, на земле, но взамен тот не просто теряет душу — после смерти он становится одним из них.
— Кто на такое пойдет?
— Многие, — ответил вместо нее Заитдан. — Истории известно немало подобных случаев. Армия Жнецов растет: Бог Смерти никогда не останется без приспешников — до тех пор, пока люди не научатся думать о душе и ставить ее превыше земных соблазнов. Что есть богатство, власть, даже любовь женщины по сравнению с посмертными муками?
— Вот именно, однако, так рассуждают не все, — подхватила Рун. — Некоторые наивно полагают, что то, что случится за Гранью, не имеет значения — и продают свою душу.
— Я слыхал, будто бы нашему колдуну служит не один Темный Жнец…
Девушка кивнула:
— Да, это так. Прежде никому не удавалось подобное…
— Ты что-нибудь знаешь об этом?
— Все началось с Магии Тайного Имени. Испокон веков человеку нарекали два имени. Первое нельзя было открывать никому, ибо оно являлось единственным настоящим и связывалось с душой новорожденного. Случайно узнавший его дурной человек мог навредить ребенку — да и взрослому тоже. Сейчас полагают, будто оно призвано защищать от сглаза, а некоторые и вовсе считают обряд нарекания тайного имени данью красивой традиции, но это не так. Кто ведает имя, тот заберет твою душу — вот какова его сила!
— Боги!..
Девушка кивнула:
— Бодрейв — так называет себя колдун — очень долго к этому шел. Выведывал имена одно за другим. Узнаешь тайное имя кого-нибудь из родителей — знаешь и имена детей. Те вырастают, создают собственные семьи — и выведывают имена мужей и жен, открывают колдуну, как нарекли своих детей.
— Он просто бросил в озеро камень, — прошептал пораженный Хафис, — и по воде побежали круги…
— Да. Порабощая людей, Бодрейв постоянно совершенствовал свою магию. Он изучал древние манускрипты, расшифровывал тайные свитки, которые добывали для него порабощенные. Он научился создавать им сопровождающих — вдыхал жизнь в бездушные деревяшки, и окружающие видели в них тех, кого он хотел… Он управлял ими через разум порабощенных, а потому, когда они засыпали, сопровождающие принимали свой истинный облик, но об этом никто не знал: Бодрейв повелевал тщательно прятать их, отходя ко сну. Жнецы ему тогда еще не служили — он мечтал о земном господстве. Но однажды на него вышел Охотник за нечистью…
Заитдан повернул голову и взглянул на девушку — эта часть истории была ему неизвестна. Рун отвела глаза.
— Это случилось четыре года назад. Моей малышке был всего годик, и мы знать не знали про Бодрейва. На беду, Охотник оказался тот самый…
— Венельд? — уточнил эймир, впервые произнеся это имя. Рун кивнула. Воцарилось молчание.
— Боюсь, мне понадобятся некоторые… разъяснения, — произнес, наконец, Хафис. — Я знаю, кто такие Охотники, но что означает «тот самый»?
— Он отец дочери Рун, — ответил за нее Заитдан. — Некогда он решил, что она недостойна его любви, однако оставил ее в живых. Более они не встречались, и о ребенке ему неизвестно.
Старик поднялся с подушки, на которой сидел, и в волнении зашагал из угла в угол, бормоча себе что-то под нос. Заитдан и Рун не спускали с него глаз.
— Но как такое возможно? — воскликнул он, остановившись, и вдруг дернул себя за бороду. — Ответьте же мне! Природе Охотника противна сама мысль о существовании нечисти — прости меня, девочка! Они не в силах не то что любить кого-то из одаренных, но даже щадить их. А вы говорите — ребенок!
— Я не знаю, как это вышло, — прошептала Рун. — Он спас меня от костра, впустив в городок демона. Я тогда и сама не ведала своей силы…
— Ты — нет, но он-то должен был чувствовать!
— Мне кажется, он понял, только когда увидел мои крылья — и тени, — голосок Рун угас, и эймир, дотянувшись, сжал ее руку. Хафис моргнул, не веря своим глазам и ушам. Кто же она такая, эта девушка, надеющаяся излечить эймира и победить могущественного колдуна?
— Рассказывай дальше, — негромко сказал Заитдан, не выпуская ее руки. Рун кивнула и продолжила:
— Его зовут Венельд, и, говорят, до него Охотников с таким мощным даром еще не рождалось… А Бодрейв уже настолько развил свои магические способности, что было бы странно, если бы на него не вышел кто-то, подобный Венельду. Если бы он победил тогда, ничего этого не было бы…