Моя дорогая Кэтрин

Мы уже почти подошли к выходу, как из другого конца коридора показалась знакомая мне фигура — я узнал Сандра. Похудевший, осунувшийся, но это был он. В руке друг держал такую же папку, как у меня.

Свободны, оба… все закончено… вырвались. Шагнув навстречу, мы просто пожали друг другу руки, но мне так хотелось обнять его, и только выйдя за пределы военной зоны, после последнего пропускного пункта, мы позволили себе сделать это.

— Прости Сандр, за то, что тебе пришлось пережить из-за меня, — промолвил я.

— Не будем говорить об этом, ведь я твой друг. Мне очень жаль, Грег, что твои девчонки погибли, — тихо выразил свое соболезнование Сандр.

— Спасибо, — судорожно вздохнул, а что мог сказать еще, ведь тайна Кэтрин и Энн была моим уделом, и я, только я один, должен был вечно жить с этой болью, не имея права рассказать кому-либо правду, чтобы не подвергать опасности жизнь других людей.

В этот момент, к нам подъехала машина, из которой выскочила Тина. Когда она подбежала к Сандру и кинулась ему на шею, мое сердце замерло. Меня никто не встречал… и я осознал, что остался один, совсем один. От моей счастливой семейной жизни не осталось ничего, кроме воспоминаний. Это было так больно.

Тина и Сандр довезли меня до дому. Видя мое подавленное состояние, Сандр спросил:

— Мы съездим домой, я переоденусь, и мы вернемся. Эти дни нам надо быть вместе, если ты не против, Грег?

— Спасибо, вам ребята. Я просто не представляю, как бы справился с этим один, — ответил я и вышел из машины. Медленно поднялся по лестнице и на секунду замер у двери своей квартиры. Где-то в глубине сердца таилась надежда, что сейчас поверну ключ и услышу щебет Энн, хотя разумом понимал, вряд ли я еще когда-нибудь увижу свою дочь. Два поворота ключа, еле слышный щелчок замка… Вот и все, я снова один в своей большой холостяцкой квартире — без семьи, без работы, в полном одиночестве.

В тот же день в новостях, газетах и на многих сайтах появился некролог о том, что при перелете на очередное место работы в авиакатастрофе, погиб доктора Кранц, ведущий специалист в области биологии и генетики, и вся его команда. Среди погибших, к сожалению, был ребенок одной из сотрудниц Кэтрин Лонг. Правительство планеты выражало глубокое соболезнование родным и близким погибшим.

Хотелось кричать, громко и надрывно, мое сердце разрывалось на части. Мне казалось, что лучше я бы погиб там, в секретном отсеке, потому что такая жизнь была страшнее смерти.

Теперь по прошествии времени, я просто сам удивляюсь, как выдержал все это и не сломался. Ощущение холодящего ужаса от мысли, что я больше никогда не увижу своих родных, и что через два дня мне придется участвовать в панихиде, зная, что они живы, бесконечные звонки по телефону с соболезнованиями от друзей и знакомых — все это сводило меня с ума. Хорошо, что Сандр был все время рядом со мной. Разговор с Морелли был очень сложным. Они хотели, чтобы эти дни я пожил у них и вместе разделить наше общее горе, но я не мог, просто не мог… В конечном итоге, мы договорились, что приеду к ним в день похорон с утра.