Равенклифф [ЛП]

— Если мистер О'Мэлли действительно никому не причинял вреда, его бы лишь изгнали обратно в Блитвудский лес и Волшебную страну, — гораздо мягче сказала мисс Шарп. — Мы выяснили, что некоторые из созданий фейри — такие как светящиеся спрайты — действительно безвредны. Мы меняем наши взгляды в Блитвуде. Тебе не нужно беспокоиться, Этта, тебя не будут просить причинять вред какому бы то ни было существу, которое не представляет опасности.

— Хорошо, — сказала Этта. — Я бы никогда не стала подвергать кого-то с добрым сердцем опасности только потому, что они немного… иные.

Я подозревала, что она знает, кем я была, но мы никогда не говорили об этом, и я верила, что она никогда никому не скажет. Но рано или поздно мне придётся рассказать об этом кому-то в Блитвуде, прежде чем они сами раскроют мой секрет. Остается надеяться, Орден решит просто изгнать меня, нежели убить.

Между тем, я была в долгу перед Эттой по той причине, что остаюсь в Блитвуде, пока она не устроится и не будет вне опасности. Думаю, она цеплялась за меня, потому что я была выходцем из того же места, что и она — из переполненного жилого дома, потогонных производств, фабрики «Трайангл». Я вспомнила, насколько напугана была в прошлом году, что девочки из Блитвуда будут презирать меня, если узнают о моём низком происхождении. Каким глупым этот страх казался теперь, когда у меня был гораздо больший секрет, затаившийся под моим плотно зашнурованным корсетом!

Но я также помнила, что была столь же потрясена атрибутами благородной жизни — одеждой, манерами, большими домами — как и откровением о том, что в мире существовала магия. Поэтому, когда Этта выглядела более ошарашенной размером поезда, в который мы садились, чем тем фактом, что мы были на пути в школу, где преподавалась магия, я ответила:

— Да! Посмотри, вон Хелен. Она тоже не привыкла ездить на поездах.