Книга путешествия. Выпуск 2. Земли Северного Кавказа, Поволжья и Подонья
- Автор: Челеби Эвлия
- Год: 1979
- Язык: русский
- Жанр: География, путевые заметки
Электронная книга - «Книга путешествия. Выпуск 2. Земли Северного Кавказа, Поволжья и Подонья». Краткое содержание книги:
В этом пшуко весь народ весьма искусный; каждый у себя в доме занимается ремеслом. С той поры, как этот народ принял мусульманство, его бей Коджа Мисост построил в пшуко баню, соборную мечеть и еще две мечети. После хутбы в честь Османа читают хутбу в честь ханов Крыма, затем — падишаха Дагестана и, наконец, — бея Мисоста. Время от времени здесь живут также беи Кабарды. Старший бей является у них ханом. А младший — этот Мисост-бей. Однако вся власть и нее управление в руках у этого Мисоста.
И сие племя кабарты с тех пор, как стало мусульманским, и поныне носит белые шапки из грубой ткани и белые одежды, стрижет и бреет все волосы. У себя дома они перебирают четки. Столь диковинными новыми мусульманами они сделались.
А всего у них имеется двадцать благоустроенных и удобных селений в труднодоступных местах. [Их беи] распоряжаются в общей сложности десятью тысячами джигитов — богатырей прославленных и отважных. Все они принадлежат к прямым потомкам курейшитов. Они не берут девушек в качестве наложниц у какого-нибудь другого [племени], а также от рабов и рабынь — разве что она [прекрасна, как] гурия. [Своих] девушек также не выдают за других. Однако ханам татар и султанам они дают [своих] девушек.
Этим трем пшуко двадцать пять лет. Из страха перед калмыками они не снимаются со своих мест и не лепят пшуко по другим горам. Сейчас они прочно сидят на своих местах. [Это] благоустроенное пшуко, наподобие крупных касаба.
Еще в ... году в этот край из Московской земли пришел было татарин Арсланбек[177]. За ним, преследуя его по пятам, пришли калмык-татары и потребовали от кабарты [выдачи этого] ногайца, [Арсланбека].
/761/ По поводу внушительного вида, стойкости и отваги черкесов Кабарды
Весь народ кабарты собрался в одно место и дал [калмыкам] решительный ответ: «Татарин Арсланбек — птица, он обрел пристанище, придя на звуки нашего пения. Мы дали [ему] юрты, сделались братьями. И это племя ногай мы вам не отдадим».
В тот год, когда Тайша-шах[178], падишах калмыков, со стотысячным войском вознамерился громить кабардинские кабаки, ногайцы Арсланбека и все воины — кабарты прослышали об этом, и во всех ущельях и на возвышенных местах, в [других] местах засели в засаде стрелки из ружей, и всего вышло на поле битвы и стало в готовности до десяти тысяч джигитов. Едва только калмыцкие воины увидели черкесов и ногайцев — маленькую кучку, — они с криками «Хо!» сделали внезапный выпад, и ногайцы вместе с кабарты обратились в бегство. Увидя это, калмыки стали преследовать их и углубились в горы. Тотчас ногайские стрелки из ружей, скрытые в засадах, словно семиглавый дракон, выскочив из засады, ударили по калмыкам залпами свинца. Вмиг несколько тысяч калмыков они обратили в прах и небытие. Охватив калмыков с фронта и с тыла, они так ударили по ним ногайскими клинками, что в одну минуту 20 тысяч кяфиров-калмыков пали от мечей, еще 20 тысяч попали в плен. В руках [победителей] оказалось 67 тысяч калмыцких коней.
Мало того, что [над калмыками] была одержана эта победа, — сам Тайша-шах был убит в ужасающей сумятице. [Воины] кабарты взяли и спрятали труп Тайша-шаха. Остатки войска [калмыков] бежали. Черкесы и ногайцы гнали калмыков, спасающихся бегством на загнанных конях, истребляя отставших, до самого города Астрахани и там наконец перебили[179].
Впоследствии Мончак-шах[180], сын Тайша-шаха, павшего в том несчастье позорного бегства, /762/ также собрал двухсоттысячное войско и прибыл [сюда], чтобы отомстить за отца.
А кабарты и ногайцы, применив другую хитрость, спрятались в ущельях своей страны и так ударили по врагам из ружей «кабартай», что Мончак спасся всего с двумя тысячами калмыков. В конце концов Мончак-шах за труп своего отца отдавал черкесам кабарты 50 тысяч голов, то есть 50 тысяч коней, коров, верблюдов и верблюжат. Иначе говоря, он просил труп своего отца, давая выкуп. Ногайцы же сказали: «Не дадим». И в конечном счете он дал ногайцу Арсланбеку 100 тысяч голов, получил Тайша-шаха, своего отца, да еше дал обет и уверение никогда не воевать против Кабарды[181]. Да вот только если бы калмыцкий народ знал, что такое верность [своим] обещаниям. И вот с того времени калмыки и кабарты — непримиримые враги, кровные враги. Вот почему племя кабарты уже 25 лет как сидит в пшуко в горах и не кочует по стране из страха перед калмыками.
177
Выше, на с. 83, Арсланбек назван ногайцем: для Эвлии Челеби, «татары» и «ногайцы» — синонимы.
178
Монгольское слово тайша, правильнее тайджи, первоначально означало «царевич», впоследствии — «княжич, сын феодала». Для Эвлии Челеби Тайша-шах — это вообще любой верховный глава калмыков. В данном случае это был глава торгутов Урлюк-тайша.
179
Здесь Эвлия Челеби рассказывает о событиях, имевших место в январе 1644 г. Тогда значительные силы калмыков и подчинившихся им ногайцев Большой орды переправились на правый берег Волги и двинулись в поход на Терский город и Кабарду. Русские ратные люди из Терского города успешно отразили приступ калмыцкого отряда. В это время основные силы калмыков и ногайцев (в соединенном войске насчитывалось 10,5 тыс. человек) под предводительством Урлюк-тайши направились в земли, занятые кабардинцами и породнившимися с ними ногайцами Малой орды. Предупрежденные русскими воеводами из Терского города, кабардинцы успели подготовиться к встрече неприятеля. В кровопролитном сражении калмыки были разбиты. Урлюк-тайша и трое его сыновей были убиты. Более тысячи калмыков и ногайцев Большой орды попали в плен. Остатки разбитых калмыков и ногайцев (1,2-2 тыс. человек) ушли за Волгу, переправившись через нее около Астрахани.
180
Мончак-шах для Эвлии Челеби — всякий наследник калмыцкого престола. Сыном и преемником Урлгока был Дайчни-тайша.
181
Известно, что вскоре после разгрома калмыков в Кабарду приехали калмыцкие послы выкупать захваченных в плен соплеменников, но уже никого из пленных не нашли, так как все они были проданы в горы. Когда послы ни с чем возвращались обратно, к ним присоединился один ногайский мирза, который вез к калмыкам сожженные кости Урлюка и его сыновей, рассчитывая обменять их на жену и детей, находившихся в калмыцком плену. Неизвестно, чем кончилась его поездка, но еще в 1649 г. прах тайш находился в Астрахани, откуда, вероятно, и был выдан калмыкам.