Книга путешествия. Выпуск 2. Земли Северного Кавказа, Поволжья и Подонья

А в благословенные времена к народам Дагестана, кумыкам и кайтакам[166], был отправлен посол, чтобы обратить их в лоно [истинной] веры. На основе ярлыка — шахской грамоты с приложением отпечатка благословенной правой руки — он был послан к кумыкам и кайтакам. Они же, сказав: «Слушаем и повинуемся», все удостоились чести [приобщиться] к исламу. А отпечаток благословенной руки они в этом месте положили в железную раку, эту раку поместили внутрь камня-гранита и здесь захоронили. Сверху же выстроили несколько великолепных зданий, устроили дворцы для гостей. Впоследствии Тимур-хан сказал: «К чему это?» — и разрушил все постройки, сровняв их с землей. Но позже падишахи Дагестана заботливо отстроили эти высокие купола.

У подножия этого места поклонения протекает река Уарп. Эта река возникает в горах Бестак, или Бешдаг, страны Кабарды, течет на север и завершает свой путь в реке Кубани.

Весьма близко от описанного места поклонения Пяндж-и Хасан находится стоянка Беселбай. Это Пяндж-и Хасан больше, чем Пяндж-и Али[167] в Багдаде, и находится оно в пределах Кабарды.

В этих землях [вовсе] нет ни беев и правителей, ни судей и священников, ни храмов, ибо их население не является людьми Писания. Однако они очень почитают место паломничества Пяндж-и Хасан и потому превратили его [как бы] в своего правителя и судью. Если у человека украдут какую-нибудь вещь, он сейчас же ведет того, кого подозревает в краже, к [святилищу] Пяндж-и Хасан и заставляет ударить рукой в дверь гробницы. Если тот человек виноват, он боится ударить рукой в дверь, признает, что взял имущество, и добровольно отдает его хозяину. А если он не виноват, то смело ударяет рукой в дверь, и тогда его освобождают. Однако, если он виновен, но стыдится людей и смело ударяет рукой в дверь, тогда, по велению Аллаха, он сгорает, делаясь черным-пречерным, и умирает. Несколько тысяч кяфиров и мусульман похоронено перед дверью этого здания. Говорят, что та доска от двери этого здания, по которой ударяют рукой, — доска от ковчега его светлости Нуха[168].

Восхваление очертаний здания Пяндж-и Хасан. Это место паломничества сынов человеческих посреди ровного, обширного луга, усыпанного тюльпанами, превратилось как бы в великое множество высоких небесных сфер. Среди больших деревьев, под сводами величественного, освещенного лучами купола /756/ в раке из белого мрамора, как рассказывают, в особой металлической шкатулке помещены сомкнутые священные руки имама Хасана. Все четыре угла этой мраморной раки накрыты всевозможными кожами и шкурами ланей. Однако при этом святилище никого из высокопоставленных духовных глав дервишей нет.