Настольная памятка по редактированию замужних женщин и книг
- Автор: Шапко Владимир Макарович
- Год: 2021
- Язык: русский
- Жанр: Современная русская и зарубежная проза
Электронная книга - «Настольная памятка по редактированию замужних женщин и книг». Краткое содержание книги:
Журнал «Волга» (2021 год)
— Савостин, ты почему не поехал на Ижорский завод? Не подготовил там всё для встречи губернатора? Ты куда смотрел? Мы все приехали, а там — забегали. Ничего не знают. Ни о каком приезде губернатора. А? Ты где был вчера?
Начальник отдела Купцов сидел тучей. Кулак на столе сжимал. Точно примерялся двинуть разгильдяя. Ещё два работника отдела тоже могли попасть под горячую руку, под кулак Купцова — Пшёнкина и Алёшин. Сидели у стола, опустив головы. Не могли смотреть на разгневанного начальника. Да и на бедного Витальку.
Савостин только что в туалете загладил петуха, мокрая голова его лоснилась. Будто схваченный за горло — выворачивался:
— Да я, да ведь мы, Роман Васильевич, это же работа пиар-отдела, не наша, мы должны, мы обязаны только быть под рукой, мы всегда с губернатором, мы с ним, всегда за ним, мы у него…
— Да ты-то где был вчера! Ты! Мой заместитель? — стукнул кулаком по столу Купцов. — Где?!. Всё по редакциям своим бегаешь? Со своими романами? Писатель хренов. Смотри, как залетел сюда, так и улетишь.
После разноса Савостин выскочил из Смольного во двор, побежал на парковку. Занырнул в свой Рендж Ровер, помчался на обед.
Дома всячески изничтожал Купцова. В компьютерной стрелялке: «Вот тебе, гад! Вот тебе!» — взрывались, испарялись убегающие вражеские солдаты. Все до единого — клоны Купцова-начальника. Узкий лоб, стальные челюсти, отвратительное мурло монстра. Нажимал, нажимал кнопки на пульте: «Вот тебе! вот тебе, гад!»
Стало полегче.
В дверь позвонили. Пшёнкина. Быстро раздел её. Установил на диване, Лицом в стенку. Заработал. Как Артур с ярко выраженным лицом подлеца и садиста. Откинулся на диван. Кверзу лицом. Как Артур возле дымящейся гаубицы. Стало гораздо легче. Так-то, гад Купец.
По очереди сходили под душ и оделись. Потом обедали на кухне. Пшёнкина всё удивлялась, что Виталька так хорошо готовит. Нахваливала гуляш с подливкой, ела с аппетитом. Потом пила чай и поглядывала на фото хозяина по всем стенам кухни. Во всех видах он на них, во всяких позах. Вот он загадочно улыбается в рубашке с бабьим жабо. Вот он в гимнастёрке, мужественный как кирпич. Снова томный в своих розовых подгузниках, извилистый. Будто извиняется, что хочет в туалет. Вот он в наушниках, стреляет в тире из пистолета. Машет веслом на байдарке. И везде он — один. Нарцисс, вообще-то, Виталька. Домашняя настенная галерейка нарцисса.
— Почему ты не сказал ни мне, ни Алёшину вчера насчёт Ижорки? Мы бы с утра сгоняли, прикрыли б тебя.
Савостин ухмыльнулся. «Прикрыли» бы они. Как же! Только б высунуться самим. Не дождётесь. Давай собирайся. Пора в отдел.
Вышли к машине возле набережной. Пшёнкиной хотелось перейти дорогу, постоять у канала, пожмуриться под солнцем, подышать.
— Садись, — приказал Савостин. И как только любовница села, с места рванул вдоль набережной. Но свернул в первую арку. Поехал медленнее полутёмным длинным туннелем. В проходном дворе за туннелем живёт ещё один гад — Плоткин. Савостин промчался двором, непрерывно сигналя.
— Зачем, Виталик? Никого же во дворе нет.
Много ты, дура, понимаешь, наддавал и наддавал, выскочив на параллельную улицу, Савостин.
Два дня сидел в отделе. Терпел, никуда не слинивал. Всё время был на виду у Купцова. Как только тот опять покатил куда-то в ораве губернатора — сразу помчался в издательство. И не слушал Пшёнкину, её панические слова: «Куда, Виталик? Погоришь!»
Первым дело — к Акимову:
— Так когда, наконец, Анатолий Трофимович? Я же всё сделал для вас, и ещё буду делать. Мы же договорились…
Красный Пузырь зажимал ногами руки под столом. Мялся:
— Понимаете, Виталий Иванович, это не так просто переделывать вещь. Нужно вникнуть в неё. Проникнуться ею…
— Да не надо её переделывать, Анатолий Трофимович. Не надо! Они специально курочат моего Артура, специально!
— Ну, вы это зря говорите, зря. Зиновьева честно работает. Как говорится, не покладая рук…
— Да какой «честно»! Всё время хихикает над Артуром. Вместе с этим… Плоткиным.
В общем, спокойствия Пузырь-гад не внёс.
В редакции — не лучше. Сидят у компа парочкой гусь да гагарочка и опять смеются. Увидели автора Артура — и тут же морды напустили на себя: они работают. Серьёзно работают. Э-э, кого обмануть-то захотели? Автора Артура?
— Здравствуйте. Сколько осталось страниц?
Зиновьева сразу свою красивую мордочку в сторону, а у гада Плоткина глаза забегали:
— Больше двухсот.
— Как «больше двухсот»! Неделю назад было сто пятьдесят!
— Пришлось дописывать. Уточнять. И с Артуром, и с Максом.