Дорога, ведущая вдаль
- Автор:
- Серия: Черта #3
- Язык: русский
- Год: SPecialiST RePack
- Жанр: Другие романтические романы
Электронная книга - «Дорога, ведущая вдаль». Краткое содержание книги:
Дорога, ведущая вдаль
— Умная же девка, а всё одно дура. Я тебе, Вова, что сказать хочу. Мы, отцы, девочек любим больше, а сыновья наши — надёжней. С ними головной боли в разы меньше.
— Да, ты так говоришь, потому что Кеша твой маленький.
— Нет, Вова, сыну и вмазать можно, и душу отпустит, а дочь…
— Маша чудит?
— И Маша, и Рита.
— Рассказывай.
— А что рассказывать! Ритка с лета загуляла. С кем — не знаю, и Верка не знает. Был бы кто достойный, так привела бы в дом, познакомила бы с родителями. Мы бы знали, кому дочь доверяем. Так? Вот скажи, так?
— Не знаю. Я к Ленкиным родителям вхож не был, а с Марией Юрьевной раньше, чем с Ксюхой познакомился.
— А я у Веркиных родоков с первого курса сыном был. И они меня уважали. Знали, что я её пальцем не трону. Время другое было, и люди другие.
— Брось, Семёныч, ты не девственником женился.
— Нет, я брал, что давали, а если предлагают — отказываться грех.
— Так, может быть, в этом и дело? А не в том, что люди другие?
— Значит, я дочек воспитал плохо. У Машки жизнь — не жизнь. И у Ритки — тоже.
— Давай сначала и последовательно, а то не пойму я тебя.
— Сначала, говоришь? Так, для начала: твой сын с Танькой в душе заперлись.
— Заодно и помоются. Ты про Риту говори. Про этих я и так всё знаю. Она предохраняется, сама сказала. А насчёт всего остального время покажет. Может, она кого другого встретит, может, он. А нет, так пусть живут. Ну старше она, и что? Я Ксюхи старше, ты с Веркой ровесники. Захотят дитё, так родит она и в тридцать, и в тридцать пять.
— Вот, рассуждаешь ты так потому, что он твой сын, а не она твоя дочь. Но я с тобой своей болью делиться стану. Короче, школу Рита прогуливает, а класс выпускной. Меня вызвали, говорят, курит в подворотне. С компанией связалась. Провёл беседу, уговаривал жизнь не ломать, школу закончить хотя бы. Она обещала. Всё вроде ничего, учиться начала. Мы с Веркой успокоились, а тут… И главное, не объяснишь, не докажешь, ни примерами, ни опытом. Она знает, потому что она чувствует! Всё! Весь критерий. Говорю — не слышит. Вова, я не выдержал, я наорал, я её, идиотку, убеждаю, что любовь пусть себе любовью, а образование-то необходимо. На курение глаза закрыл, главное не наркотики. Гитару надо — купил, бренчи сколько влезет, но всё мало.
— Семёныч, давай не про эмоции, а про факты.
— Вова, как я понял, этот тип у Ритки на глазах с другой обнимался. И всё, и крышу снесло. Пришла вчера как ободранная кошка. Лицо расцарапано, фингал под глазом. Ногти обломаны. Типичная женская драка. На плече укус. И ты знаешь, что она мне заявила? Что упала с лестницы, ногу подвернула. Это она мне? А от самой перегаром несёт за километр.
— Что ты сделал?
— Ремнём отходил, по заднице. Понимаю, что раньше надо было. Но получилось только вчера. Я себя не помнил. Вова, я её убить мог. Верка в меня водой холодной плеснула. Собрался и ушёл. Здесь ночевал. Думал. Вот ты скажи, сколько мы этих судеб искалеченных тут видим, сколько их мимо нас проходит. И ведь ни разу никто из нас ничего на себя не примерил. Оно всё там, далеко. Где-то. А оно тут бывает, совсем близко. И не сделаешь ничего.
— Ты домой звонил?
— Звонил, и Верка мне звонила. Спит она, Ритка, кикимора моя.
— Иди к ним. Мы с Таней справимся. Иди, посмотри хоть — что и как.
— Пойду. Вернее, поеду, я на машине. Я туда и обратно, Вова.
— Удачи. Говори с ней, Семёныч, не бей, говори.
Даня с Татьяной появились в ординаторской без пятнадцати восемь. Бутерброды Данька обещал съесть по дороге, потому что опаздывал. Хлебнул кофе и убежал.
— Да не смотрите вы на меня так, Владимир Александрович, — Татьяна сушила волосы.
— Как? Таня, ты поешь, нам с тобой работать ещё весь день.
— Сердитесь же. Меня вините. Считаете, что мальчишку с пути сбиваю.
— Прекрати. Я тебе всё сказал один раз. Нет, не виню. Тебя — тем более. И его не виню. С чего взяла-то?
— Смотрите так, осуждающе.
— Ешь, а?
— Я родителям про него сказала. Отец считает, что я поступила подло по отношению к вам.
— Таня, я вам не судья. Я приму выбор сына, каким бы он ни был. А ты не самый плохой вариант.
— Я пытаюсь с собой бороться… Я…
— Таня, я тебя умоляю. Только не надо оправдываться. Ты всё время пытаешься поднять себя, причём в собственных глазах.
— Так я же как представлю, что мой Ванька вот так найдёт женщину старше себя...
— И что? Танечка, я за твою жизнь и судьбу волнуюсь. Ему учиться шесть лет. Ему, не тебе. Ты-то уже на ногах стоишь твёрдо.
— Простите меня, пожалуйста.
— Вот дурында. Скоро я у тебя прощения просить буду, за то, что ты подумала, что я на тебя не так посмотрел. А вообще, за своё счастье надо бороться. И не следовать принципу, что твоё от тебя не уйдёт. Увести могут, запросто. И знаешь, почему? Правильно, потому что твоим оно никогда не было.