Штурмуя небеса

– Герр штурмбаннфюрер, – затараторил он, останавливаясь рядом с Йоахимом, – вас там срочно просят!..

– Где – там? – спокойно спросил мужчина, даже не повернувшись в его сторону.

– На улице, герр штурмбаннфюрер.

– Кто? – снова спросил Йоахим, лениво поглядывая в медленно плескавшийся на дне бокала коньяк.

– Штандартенфюрер Зиберт, – чуть тише добавил мальчишка.

Йоахим, округлив глаза, одним глотком допил оставшийся коньяк и, попросив извинить его, быстро ушел с парнем на улицу.

– Зиберт? – Таня взглянула на Макса, который был удивлен не меньше, чем она сама. – Кто это?

Но ответить Максу не дал тот самый мужчина, что зашел вместе с пареньком. Он, неприятно улыбаясь, присел на место, где только что сидел Йоахим.

– О, да тут почти вся семья, я погляжу, – усмехнулся он, увидев Макса. – Добрый день.

– Добрый день, Эрих, – ответил ему Макс, нахмурившись.

– Коньяк, – бросил Эрих Тане, даже не глянув в ее сторону.

Пока Эрих, чуть морщась, пил налитый ему коньяк, Таня молча рассматривала его. Необычно красивое, приятное лицо с какими-то аристократическими чертами. Бледная кожа, тонкий прямой нос, аккуратные брови и небольшие губы, волосы каштанового цвета. Было заметно, что он следил за своим внешним видом очень хорошо. Казалось, что он сошел с одного из агитационных немецких плакатов. Как отметила про себя Таня, что-то было в его внешности дьявольски красивое. И этим чем-то были глаза – зеленые, проницательные и хитрые. На секунду встретившись с ним взглядом, Таня поняла, что ей как-то не по себе сразу стало; на ум пришла мысль о том, что глаза обладают удивительной способностью начинать разговор, перед тем как губы зашевелятся, и могут продолжать говорить, когда губы уже давно сомкнуты. Как решила девушка, этот Эрих отлично владел этой способностью.

– У вас сегодня там у всех выходной? – спросил Макс, когда Эрих закурил.

– Тебя это и вправду волнует? – мужчина смерил его косым, чуть презрительным взглядом, выпуская из носа сигаретный дым.

Таня поморщилась, когда дым, рассеиваясь в воздухе, дошел и до нее – Эрих курил дрянные дешевые сигареты.

– Но, насколько я знаю, у вас там есть некоторые проблемы, – Макс наигранно вздохнул, картинно округляя глаза.

– Какие-то сопляки, продавшие пластинки нашим солдатам, – и это ты считаешь «проблемой»? – в голосе Эрихе зазвучали нотки раздражения. – Проблемы – это то, что зима близко. Проблемы – это когда у меня несколько рот солдат, а мне их разместить негде. А эти пластинки – не проблема. Пластинки – выкинуть, а продавших их парней – расстрелять. Вот и вся проблема, Макс.

– Ну почему же сразу расстрелять? – тихо спросила Таня. Она-то знала, кого они собираются расстреливать. – Можно ведь и по-другому… – Она встретилась взглядом с Эрихом и как-то внутренне съежилась. – Вдруг они и сами не знали, что продают? Деньги-то сейчас всем нужны… Неужели все ваши проблемы вы решаете путем расстрела? Можно ведь найти и какой-то другой выход. Все мы люди, и всем людям свойственно ошибаться и совершать глупости…