Обман [СИ]

А к обеду заказываю букет для ее мамы и бабушки.

Ну и мой козочке веник, хоть она своим поведением заслужила разве что стог сена.

Ладно, на этот раз я ее снова прощу. Кто-то должен быть умнее и прощать женщине ее слабости.

Правда, тяну паузу со своим эффектным появлением не до шести, как мы договаривались, а до семи. Воображаю, какая паника у моей строптивицы: тетка празднует триумф, кузина-выскочка злобствует. Самое время мне театрально выйти на сцену, спасти мою красавицу из беды, и она упадет в мои руки как персик.

Я довольно улыбаюсь, нажимая на кнопку звонка, немного наклоняюсь вперед…

И из открытой двери на меня смотрит Туалетный утенок.

Что за…?!

— Опять ты? — рычу я, в наглую переступая порог. Пусть сученыш прямо сейчас начинает молиться и благодарить ангела-хранителя, потому что единственная причина, по которой я не вколотил нос ему в череп — в моих руках.

— Какого хрена ты приперся? — внезапно воинственно огрызается индюк, и я тупо складываю букеты копной на тумбу.

— Повтори еще раз, — злобствую я. — Только учти, это будет последнее, что ты скажешь перед затяжным курсом общения со стоматологом, челюстно-лицевым хирургом и проктологом. И, кстати…

Что кстати я не успеваю сказать, потому что за спиной маячит ярко-желтое пятно.

Подозрительно похожее на мою адскую козочку.

Только… если бы она вдруг скинула свою козью шкуру, почистила копытца и натерла до блеска рожки.

Девушка, которая стоит в коридоре, очень похожа на мою Мольку. Но она вся такая… охуенная, что я, не глядя, выпихиваю Туалетного утенка за дверь на площадку. Пусть там пока поживет, споет прощальную песню зубам и ровному носу.

Это все-таки Молька.

Такая высокая, с широкими бедрами пышной грудью в низком декольте, осиной талией и кожей цвета спелого персика. Желтое платье струится по ее ногам, и пока она идет ко мне, я буквально исхожу слюной, как полный придурок, потому что эти ноги — самое бесконечное, что я видел в жизни. Они такие… поджарые, но не сухие. И вся она слишком аппетитная, потому что у меня начинает реально урчать живот от потребности вцепится в нее зубами.

Ну а лицо. На ней словно и нет макияжа, но глаза темнее обычного, а я готов задерживать дыхание от каждого взмаха ресницами. И намотать на кулак эти гладкие каштановые волосы, чтобы притянуть для поцелуя.

Я же ее правда съем.

И я не знаю женщины красивее.

— Дай я сожгу твою козью шкуру, — бормочу первое, что приходит в мой ослепленный мозг, а в ответ Молька со всей силы топает ногой.

— Ты! Ты! Да кто тебя звал?!

— Я пришел, как договаривались… — туплю я, совершенно убитый видом сверху вниз в ложбинку ее декольте. Умная, красивая, страстная. Женюсь. Прям завтра.

— Я уже нашла жениха, — психует Верочка, и распахивает дверь, за галстук втягивая обратно Туалетного утенка. — Вот, знакомься, Егор — мой жених.

— То есть… вот это все… — Эту ересь даже вслух произносить не хочется, но только проговорив ее вслух, я пойму, что не схожу с ума, и все это происходит на само деле. — То есть ты стала красоткой ради вот этого?!