Норби
- Автор: Валентинов Андрей
- Серия: Аргентина [Валентинов] #8
- Год: 2022
- Язык: русский
- Жанр: Боевая фантастика
Электронная книга - «Норби». Краткое содержание книги:
Он был титулярный советник… Нет, он был террорист и подпольщик, но прежнюю его жизнь стерли, словно изображение в зеркале. Чужие документы, чужая форма. Но без имени и биографии тоже можно воевать. Улан-доброволец Антон Земоловский идет непростыми дорогами войны — партизанский лес, тюрьма, секретный подземный объект, черный космос.
Корд. Джонас Корд, для своих — Норби. Избитый сюжет — шпион приезжает в Париж. У Соединенных Штатов формально нет внешней разведки, но грязной работой все равно кто-то должен заниматься. Трудна жизнь шпиона — слежка, убийство, предательство. Но страшнее всего, когда предаешь ты сам, все теряешь, и тебе начинает сниться мертвый волк.
Парижские переулки, глухие польские леса. Идут в поход партизаны, высотные перехватчики атакуют космический «челнок», а где-то вдалеке звучит старинный вальс. «Дунай голубой, ты течешь сквозь века».
Нет, обложку делал не я. На этот раз обложку нарисовал Макс Мендер из Тилбурга, Нидерланды.
— Нет, не землетрясение. Это ударили по шоссе.
Добираться пришлось больше часа. От леса мало что уцелело, деревья лежали вповалку, сломанные, вырванные с корнями. Отчаянно голосили птицы, остро пахла разрытая земля.
На одном из коротких привалов пан поручник вспомнил о Тунгусском метеорите, но бывший гимназист, подумав, сравнение отверг. Там беда пришла с неба, здесь — из земных глубин. Да и беда ли? Капрала жаль, и лошадок тоже, но если он прав, целили не в них.
Вот и место, где они были совсем недавно. Опушка, за нею поле. Было — и нет. Вместо опушки — поваленные стволы, а за ними неровная, усеянная огромными кратерами, равнина до самого горизонта. Ни шоссе, ни машин, ни людей.
Ничего!
— Pater noster, qui es in caelis, sanctificetur nomen tuum, — Анджей Сверчевский, расстегнув мундир, вытащил нательный крест, приложил к губам. — Adveniat regnum tuum. Fiat voluntas tua, sicut in caelo et in terra. [19]
Бывший гимназист перекрестился — в первый раз за все эти дни. Кем бы Он ни был, Свою волю Он явил.
5
В подъезде пахло так, будто все окрестные кошки приходят сюда умирать. Краска на стенах облупилась, а побелка осталась со времен Великой войны. Если бы на лестничных площадках лежало по трупу, я, конечно, удивился бы, но не сильно.
Четвертый этаж, мне — на пятый. На всякий случай я расстегнул пальто и поудобнее пристроил кобуру на поясе. Едва ли поможет, зато чувствуешь себя куда бодрее.
До встречи с Анной Фогель — три минуты. Интересно, предусмотрены ли здесь звонки — или придется колотить ногами в дверь? Видал трущобы и пострашнее, но это все-таки Париж!
Пятый этаж! Номер на нужной двери имелся, равно как кнопка электрического звонка, что несколько обнадежило. Осталось взглянуть на часы. Ровно девять вечера, если по-военному — ноль-ноль, двадцать один, ноль-ноль.
— Заходите!
Услышать услышал, но не увидел. В квартире стояла тьма. Я невольно замешкался, и меня втянули внутрь.
Свет не горел не только в прихожей, но и во всей квартире. Анна Фогель дышала совсем рядом. Духи совсем другие, чем у певицы, но тоже неплохие.
— Как у вас с нервами, мистер Корд?
Я невольно восхитился, насколько к месту пришелся вопрос.
— В детстве мне снился один и тот же кошмар, мисс Фогель. Мертвый волк, вмерзший в лед. Я подхожу ближе и понимаю, что сейчас он бросится на меня и растерзает в клочья. Но все равно подхожу, наклоняюсь — и вижу, как вспыхивают красным его глаза.
— Неплохо, — оценила она. — Волка, увы, не обещаю. Дайте руку!
Наши пальцы встретились.
— Плохая новость, мистер Корд. За вами действительно следят. Когда начали, не знаю, но считайте, что все контакты вы засветили. Но сейчас мы их сильно удивим. Идемте!
По пути я пару раз приложился плечом о стену. Наконец, мы оказались в комнате, и я сумел что-то разглядеть. Серый сумрак за окнами, открытая балконная дверь.
— Туда!
Теперь я смог ее увидеть — и вновь удивился. На Мухоловке был лётный комбинезон — шлем, кожаные ремни, за спиной что-то вроде ранца.
— Наденьте!
Еще один шлем был вручен мне. Я обреченно вздохнул и спрятал берет в карман. Меня развернули, один из ремней перехватил грудь. За ним второй.
Теперь она дышала мне прямо в ухо.
— Знаете, что такое Прибор № 5?
— Э-э! Не надо! — возопил я, догадавшись, что сейчас будет. — Я. Я тяжелый!
Попытался отстраниться — тщетно. Не пускали ремни, к тому же ее рука лежала на поясе.
— Вес я не почувствую, мистер Корд, только стану больше уставать. Но это не слишком далеко. Представьте, что мы на русских горках.
Ноги легко оторвались от тверди, в горле мгновенно пересохло. Я зажмурился — и покорился судьбе.
— Взлетаем!
В последний момент я вспомнил, что «Vogel» по-немецки — «птица».
Холод и ветер. И еще кромешная тьма — глаза я решил не открывать. Мало ли что увижу? Еще приснится! Хватит с меня и мертвого волка!..
— Ориентируетесь? — ее губы коснулись уха. — Ситэ позади, под нами — Сена.
Вопрос я игнорировал и еще сильнее зажмурил веки. Темноту расцветило большое желтое пятно. Она, кажется, поняла и негромко рассмеялась.
— А мне сразу понравилось! Кстати, мой лётный псевдоним — Ведьма.
Кто бы усомнился? Она и есть. Летим же мы наверняка прямиком на Брокен.
— Ну, за что мне такое? — воззвал я к невидимому небу. — Десять лет честно отслужил в «водопроводчиках», после каждой командировки в госпиталь попадал. Наконец-то мне дали кабинет, машинистку и телефон.
19
Молитва «Отче наш» (лат.).