Норби
- Автор: Валентинов Андрей
- Серия: Аргентина [Валентинов] #8
- Год: 2022
- Язык: русский
- Жанр: Боевая фантастика
Электронная книга - «Норби». Краткое содержание книги:
Он был титулярный советник… Нет, он был террорист и подпольщик, но прежнюю его жизнь стерли, словно изображение в зеркале. Чужие документы, чужая форма. Но без имени и биографии тоже можно воевать. Улан-доброволец Антон Земоловский идет непростыми дорогами войны — партизанский лес, тюрьма, секретный подземный объект, черный космос.
Корд. Джонас Корд, для своих — Норби. Избитый сюжет — шпион приезжает в Париж. У Соединенных Штатов формально нет внешней разведки, но грязной работой все равно кто-то должен заниматься. Трудна жизнь шпиона — слежка, убийство, предательство. Но страшнее всего, когда предаешь ты сам, все теряешь, и тебе начинает сниться мертвый волк.
Парижские переулки, глухие польские леса. Идут в поход партизаны, высотные перехватчики атакуют космический «челнок», а где-то вдалеке звучит старинный вальс. «Дунай голубой, ты течешь сквозь века».
Нет, обложку делал не я. На этот раз обложку нарисовал Макс Мендер из Тилбурга, Нидерланды.
— А то, что ты воевал, значит, не в счет.
Это был не вопрос, и доброволец Земоловский промолчал.
— Завтра решать будем. Могу отдать приказ, но. Так будет неправильно! Пусть каждый скажет то, что думает. Мне сдаваться нельзя, русские офицеров сразу же сажают в вагоны и куда-то отправляют. Не хочу! Но воевать. Как? До своих втроем не добраться, партизанить тут негде, в каждом селе — предатели. А русские на Варшаву идут. Наши на Францию надеялись, на британцев, а оно вот как вышло. Но ведь не сдаваться же, в самом деле!
И вновь бывший гимназист промолчал, но вовсе не потому, что не знал ответа. Где прячут лист? В лесу, среди других листьев. А где спрятаться человеку?
Слишком дорого стоил минувший день. Завтра! Все завтра!
Шумел ветер в кронах, острые звезды смотрели на поляну с холодных черных небес. По лесу неслышно шагала Мать-Тьма.
Костер умер.
3
— Ну, дал я ему в морду, — задумчиво молвил Тед Ковальски.[17] — Признаю: было. Так я же кто? Сержант я, понимаешь? А сержант это тот, кто дает в морду! Иначе всю службу запорешь. Согласен, штафирка?
— Нет, — односложно ответил я. Ссориться в этот утренний час не было ни малейшей охоты, кривить душой — тоже. Орали на меня — было, и сортир драить заставляли, иногда и зубной щеткой. Но до мордобоя морская пехота не опускалась.
— И ты не согласен, — Ковальски отхлебнул из рюмки и гулко вздохнул. — Прямо как мое начальство. Ну, не помер же он, в конце концов!
Подумал и добавил:
— Вроде бы.
Бывшего сержанта я встретил в баре, куда зашел с самой мирной целью — выпить кофе. Заодно и разведать обстановку, поскольку тут, в баре «Одинокой Звезды», бывать еще не приходилось. Вот и разведал.
— А почему я ему в морду дал? Эта сволочь меня при всех «полаком» назвала, представляешь? И не просто, а еще словечко добавил, такое, что и повторять не стану, а то вновь озверею. «Полак»! Да мои предки в Новый Орлеан больше века назад приехали! Они, между прочим, шляхтичи. Герб Абданк!.. А! Перед кем распинаюсь? Ты о таком, штафирка, даже не слыхивал.
Миновать сержанта не было ни малейшей возможности — в баре он оказался единственным посетителем. Увидев меня, махнул ручищей, явно желая завести знакомство.
Я не возражал. С теми, кто записался в Легион Свободы, пообщаться имело смысл. Сержант Ковальски был именно из них. Со службы вылетел, год помыкался без работы, пару раз угодил в полицейский участок за буйство. Немудрено, такие шкафы, как он, падают с изрядным грохотом.
— А ты-то записался? — грозно воззвал отставник, привстав. Теперь он походил уже не на шкаф, а на скалу средних размеров. Странно, пьяным он вроде бы не был, но и на трезвого не походил. С похмелья что ли?
Скал я навидался с самого детства. У нас их в Монтане полно.
— Еще нет.
Отхлебнул кофе, поставил невесомую чашечку на блюдце.
— Посуди сам, сержант! Чем мы им можем помочь? В Войске Польском таких, как ты хватает, армия неплохая, только отстала на двадцать лет. Был бы ты, сержант, танком, а еще лучше танковым полком!
Ковальски вернулся на место, сразу же уменьшившись в размерах. Взял со стола рюмку, в пальцах покрутил.
— Не скажи! Иногда и рота судьбу целого сражения решает. А в Легионе уже не рота, не батальон даже. И поляки теперь знают, что не одни они, весь мир за Польшу вступился. Иначе бы русские не задергались. Слыхал, как наших на Северном вокзале постреляли?
— Видел, — кивнул я, не став вдаваться в детали.
По поводу стрельбы газеты шумели изрядно, интонируя, прежде всего, тот факт, что террорист — не француз, более того, прибыл на территорию страны по подложным документам. Но вот особого сочувствия к легионерам я не заметил. В одной статейке прямо было сказано: хотели, мол, рискнуть жизнью, вот и рискнули.
Ни Британия, ни Франция не желали воевать. Совсем! Однако разница имелась, британцы знали, что воевать придется и тянули время, наращивая военные программы. Недаром Черчилль, старый лис, каждую вторую речь в парламенте посвящал авиации! Готовилась и разведка, бюро Кинтанильи не зря воскресло, словно Феникс из пекла.
Франция же просто боялась. Социалисты в правительстве не хотели рисковать на очередных выборах, люди же умные, знающие расклад, всерьез опасались, что новой войны Прекрасная Франция не выдержит. Николя Легран встречался с такими. Мой друг писал, что они готовы не только отдать Гитлеру Польшу, но и вернуть кое-что из колоний. Заветной мечтой этих умников было стравить между собой немцев и русских, тогда бы война ушла далеко на восток. Ах, Париж! Лямур, бонжур, тужур!..
17
Ковальски — Tennessee Williams. «A Streetcar Named Desire».