Недетская сказка

– Что-то боязно мне вот так сразу, – поёжился Иван, – я даже не знаю, о чем с ней говорить.

– Говорить буду я, а ты слушать и повторять. Не занимайся самодеятельностью и не вздумай мне испортить рыбалку! – сердито сказала Настя.

– Значит, ты не идёшь, а будешь сидеть у меня в голове?

– Именно так всё и будет. Сам к ней не подходи, пока не увидишь явного интереса к своей персоне. Короче, слушай меня. По ходу концерта мы разыграем спектакль, сорвав все аплодисменты, причитающиеся певцу. Придешь в салон одним из последних, чтобы привлечь внимание. Я тебе выкупила самый дорогой стол за пятнадцать золотых.

– Очумела, что ли? Это же уйма денег! – обалдел Ванька.

– Для такого дела я бы и сто золотых не пожалела, – пожала плечами Настя, – ты должен быть на виду. У этой публики только одно мерило – количество металла у тебя в кошельке. Если с деньгами, значит – свой. Старайся делать скучающий вид и иногда зевай, поглядывая по сторонам. Типа, мы и не таких видали. Постепенно всё внимание переключится на тебя, и начнутся поклёвки, но помни, нам нужна Прасковья. Кстати, на столе будет много вкусной еды, но не вздумай на неё набрасываться. Можешь чего-нибудь вяло пожевать и сделать вид, что не особо вкусно. Перед концертом мы с тобой плотно поужинаем в гостинице, дабы твои слюни не капали в тарелки с тамошними деликатесами. Наденешь сиреневый камзол и белую рубаху с рюшами. Бежевые штаны с вышивкой и синие сапоги с серебряными пряжками. Думаю, что Параше твой наряд понравится. И вот ещё что.

Настя достала золотой браслетик с красным камнем посредине и протянула Ивану:

– Это положи в карман, отдашь ей при расставании.

– Да мы даже ещё не познакомились, а ты о расставании, – возмутился Ваня.

– А куда вы денетесь? – улыбнулась Настя. – У меня всё просчитано наперёд.

– При таких расходах нам денег и на месяц не хватит, – задумчиво произнес Иван.

– Чем больше вложишь, тем больше получишь. Приблизительно как кожей торговать, – рассмеялась Настя.

– Надеюсь, что ты не планируешь ограбить Балабола? – испугался Ваня.

– Грабить не мой профиль, но если ты захочешь переквалифицироваться, то я дам пару ценных советов, – улыбнулась подруга.

– Лучше бы образовала меня, а то я половину твоих слов разобрать не могу, – уныло сказал Ванька.

– Пошли ужинать, а там и образуемся заодно, – уже серьёзно сказала Настя.

Стол буквально ломился от разных вкусностей, приготовленных в исконно омутянской традиции. Заливное из судака, жареные свиные рёбрышки, куриные потроха с грибной подливкой, жаркое из барашка с фасолью перемежались с солеными огурчиками, кислой капустой с клюквой и моченой брусникой. Пирог с зайчатиной, пирог с малиной, пирог с яблоком и смородинным пюре. Морсы, квасы и меды подавались отдельно по мере необходимости. Первый раз в своей жизни Ванька набил утробу сверх возможностей не из чувства голода, а лишь для услады вкуса. Откинувшись на спинку стула, Иван почувствовал, что встать, а тем более идти, он не в состоянии. Детская мечта – нажраться от пуза – показалась идиллией, по сравнению с реальными ощущениями обожравшегося человека. «Хорошо, что до капусты не добрался, а пирог с малиной только надкусил», – подумал Ванька.