Командировка в ад

Тут я растерялся окончательно.

Геррат был сволочью, но сволочью умной и проницательной, и порой его умение вынюхивать разные вещи граничило просто с волшебством.

Я сглотнул — наверняка сейчас контрразведчик расскажет, как мы с Дирргом лазаем по разным уголкам «Гнева Гегемонии», пытаясь отыскать эту штуку, но трибун снова меня удивил.

— Начальству нужны пойманные шпионы, раскрытые предатели, неблагонадежные, — Геррат хмыкнул. — А мне нужен Сияющий Обруч, но не просто так, а чтобы сделать карьеру… Если я отыщу этот предмет и верну его Гегемону, да будет здоров он тысячу лет, то стану легатом, а легат зарабатывает столько, сколько тебе и не снилось. А у меня… семья.

Ну да, выводок бывает и у хищного волка, и у ядовитой змеи,обычное дело.

— Точнее — сын, — трибун вздохнул, и потер подбородок. — Болен с самого детства. Нужно лечение, очень дорогое, и если у меня будет достаточно денег, тогда я справлюсь… Конкретно справлюсь.

Я понимал, что все это может быть ложью, хитрым трюком, придуманным для того, чтобы зацепить меня — Геррат знал о Сашке, знал, ради чего я тут, и знал, как и на чем сыграть — но я все равно ощутил волну сочувствия, испытал нечто вроде родственного чувства. Он отец, и я отец, мой ребенок болен, и его ребенок болен, и мы оба пытаемся облегчить их участь — как можем, изо всех сил, не жалея ни себя, ни других.

— Сочувствую, — сказал я, постаравшись, чтобы голос мой прозвучал равнодушно. — Только вот… почему бы просто не использовать Сияющий Обруч для себя, чтобы вылечить сына?

— И чем я тогда буду отличаться от тех негодяев, которые его похитили? — контрразведчик выпрямился, задрал подбородок. — Нет, я могу нижайше попросить доступ к Обручу после того, как его верну, но самому пустить его в ход… нет, никогда! Невозможно! Я офицер Гегемонии!

И снова это могло быть ложью, красивой маской, надетой ради того, чтобы обработать меня, но мне казалось, что он говорит искренне.

— На «Гнев Гегемонии» я пришел с понижением — и в должности, и зарплате, — добавил Геррат. — Так что если ты, Егор, вдруг узнаешь, где находится Обруч, или заполучишь его… то сообщи мне, пожалуйста… я знаю, чего хочет сержант-техник, я понимаю, что нужно тебе, но после того, как вы используете этот прибор, отдайте его мне.

Ага, пытки и угрозы не сработали, можно перейти к уговорам.

Я не знал, что сказать — признать, что он во всем прав, и согласиться, пообещать, или прикинуться дурачком, сделать вид, что я вообще не при делах, не понимаю, о чем речь… хотя уже поздно, я не сыграл эту роль сразу же, да и актер из меня как из штангиста балерина.

— Не обещай ничего, — Геррат поднялся одним легким движением. — Подумай. Увидимся.

И он зашагал туда, где ждал его маленький разведывательный транспортер. Перекинулся парой слов с водителем, хлопнул закрывшийся люк, и машина почти бесшумно укатила, скрылась в сумерках.

Я смотрел ей вслед и не знал, что и думать. Но… могло быть и хуже.