Камень. Книга 7 [СИ]

В десятом часу вечера, когда я уже успел пригласить на завтрашнее мероприятие деда Михаила, выслушав от него упреки в том, что позвонил позже своего воспитателя, пообщаться и с Алексией, и с Викторией, и с Сашкой Петровым, и даже с братьями-курсантами, Прохор с Иваном предложили мне прогуляться. Прогулка, однако, надолго не затянулась и закончилась в Арсенале, на втором этаже в большой гостиной с накрытым столом. Из-за которого при нашем появлении поднялись военные разведчики и командир «Тайги» Лебедев.

– Алексей! Прохор! Иван! – воскликнул Литвиненко. – Прошу к столу!

Ясно, история с Афганистаном повторяется, происходит и «первое знакомство», и объединение «родов войск».

Мы уселись на предложенные стулья и выпили «по первой», причем Литвиненко, когда наливал мне водки, покосился на Кузьмина.

– Пару-тройку рюмок царевичу можно, – кивнул тот.

Через полчаса за столом царило уже полное взаимопонимание, а изрядно подпитый Лебедев, который явно хорошо «принял на грудь» еще до нашего прихода, тихонько жаловался Прохору на жизнь:

– Я же этого подлеца талантливого еще подростком помню, – он косился на Кузьмина, – сам его в нашу учагу принимал! А потом наставником был! Учителем! Это я его из всех неприятностей вытаскивал и перед руководством за все творимые бесчинства защищал! Я же его на свое место готовил! А чем он мне отплатил? Сначала, гад такой, дезертировал с поля боя, а потом столько лет над родным подразделением как только не издевался! И что мы имеем в итоге, Проша? Этот подлец с легкостью демонстрирует такой запредельный уровень нашего колдунского мастерства, который мне и всем остальным может только сниться! Понимаешь, обидно мне, Проша! Обидно и досадно! А кто Ванюша после этого?