Камень. Книга 7 [СИ]

– Приходи один к особняку Пожарских, я минуты через две как раз туда подъеду. И помни, Вяземская в моих руках, так что без глупостей, просто поменяем ее жизнь на твою.

– Батюшка Олег, а ты слышал тогда в училище, что я пообещал сделать с черепом Тагильцева? – Разговор давался мне с трудом, темп диктовал свои условия скорости.

– Слышал. И что?

– С твоим черепом, сука, я сделаю то же самое! – Образ Бирюкова уже полностью был сформирован перед глазами и оставалось его только почувствовать. – Твой череп, мразь, будет у меня главным в коллекции!

– Я же сейчас подстилку твою…

Образ Бирюкова наполняется жизнью…

Резко всасываю его в себя…

Встречный выплеск гнева искажает черты батюшки до неузнаваемости…

Образ оплывает, как голова пластмассовой куклы при высокой температуре, эмоции пропадают, и чуйка подсказывает, что жизни в этом образе больше нет…

И снова ощущаю этот взгляд в спину!..

Нахер этот взгляд, сейчас не до этого!..

Открыв глаза, окидываю гостиную взглядом и понимаю, что Прохор с Иваном живы и валяются без сознания после выплеска моего гнева.

Похер! Главное, Виктория!

На темпе выскакиваю из дома, сношу по дороге входную калитку и бегу в сторону особняка Пожарских. Невольную подсказку мне дали дедовские охранники – они уже и сами бежали к врезавшейся в чей-то забор машине ниже по улице.

Оказавшись у не так уж и сильно пострадавшей машины, растолкал охранников и заглянул внутрь – на руле лицом вниз повис мужчина, в котором я не почувствовал жизни… Внутри вообще жизни не было!