Золотошвейка для оборотня [СИ]

— Ну, вот теперь ты немного чище, можно приступать. — Тормод наклонился и глубоко вонзил ей в шею острые клыки. Девушка закричала и уперлась ему в грудь руками, он тут же зажал ей рот.

— Замолчи, а то все решат, что моя жена слабачка, не способная вытерпеть простой укус. — Рявкнул на неё Тормод. Для него такое грубое поведение было не свойственно, обычно чтоб разозлить Тора, нужен был особый повод. Но она почему-то жутко его бесила, ярость Тормода была такой силы, что он с трудом себя контролировал. Он вытер брезгливо рот и опять больно дернул её за плечо. — Теперь ты кусай. — И потянул к себе.

Полярная прижатая к его горлу, все еще не отдышалась и жадно хватала ртом воздух. Пальцами она хваталась за вышитый замысловатыми узорами пиджак. Его мускусный запах напомнил запах леса, умытого дождем, волоски на всем её теле встали дыбом, как от сильного холода. Даже после того что сейчас произошло Полли почувствовала к оборотню притяжение и сильное сексуальное возбуждение. Его кожа была горячая как огонь, гладкая и аппетитная, её начал бить озноб, хотелось прижаться к его большому, крепкому телу и греется об него, тереться и обнимать.

— Ну же кусай, чего застыла. — Встряхнул её оборотень, приводя в себя. — Или ты уснула? — Спросил он, вглядываясь в её помутневший взгляд. — О, да ты потекла малышка. — И его красивый, чувственный рот изогнулся в ехидной ухмылке. — Потерпи немного, и мы окажемся в теплой постельке. — Он опять встряхнул её и снова грубо приказал. — Кусай!

Полярную не нужно было просить еще раз и она, желая не просто укусить, а отомстить мерзавцу, впилась ему в шею, глубоко прокусывая кожу. Он охнул, не ожидая такой сильной боли.

— Так кто из нас слабак, не способный вынести укус? — Огрызнулась Полька и обессилено упала на диван. На её губах играла триумфальная улыбка.

С ней стало твориться что-то странное, это сильнейшее возбуждение и эта дикая злоба, накатившая сразу за ним. Девушку начало распирать, тянуть и сжимать одновременно. Она скатилась с дивана на пол и поползла спиной по доскам, отталкиваясь ногами, ей хотелось выть! Она выгнула спину опираясь на пол лишь пятками и головой.

Еще минута и на полу комнаты барахтается и бьется как выброшенная на берег рыба — волчица. Взгляд растерянный, зверь явно ничего не понимает. Она оглядывается, натыкается на Тормода, она узнала своего хозяина. Волчица жалобно заскулила и как раненая, поползла в его сторону, прося помощи и поддержки. Полярная никогда бы так не поступила, но у волчицы другие законы.