Гарем для чайников

Обойдя весь лагерь, я наконец вышел к облепленной мохом бетонной коробке, где располагалась местная администрация. Старая дверь со скрипом отворилась, и я шагнул в пустой коридор. Тишина тут казалась даже глуше, чем в остальном лагере. Лампочка уныло болталась под потолком. Я подошел к кабинету Лики и постучал — ответа не последовало. Я аккуратно приоткрыл дверь — внутри было пусто. И что, спрашивается, теперь делать?..

— А ты хорош, — вдруг произнес знакомый голос за спиной, — хоть и недостаточно, чтобы из-за тебя упасть…

Я резко обернулся. Лика стояла на пороге с милой улыбкой на губах и безмятежной синевой неба в глазах.

— Где девушки? — спросил я.

Хотя, по-честному, из всех меня интересовала только одна.

— Сегодня их инициация, — ответила она. — Но они еще вернутся за вещами.

Обойдя меня, Лика прошла к своему столу. Верхний ящик глухо скрипнул, и в ее руке появился небольшой запечатанный, но не подписанный конверт.

— Ты молодец, — похвалила она. — Неплохо поработал, и девочки хорошо развлеклись. А это, — она протянула мне конверт, — твоя оплата.

Ну надо же — а я-то думал, что занимался волонтерством. Вот только не похоже, что внутри лежали деньги — конверт выглядел слишком плоским даже для них. Бумажные стенки казались невесомыми, как бы намекая, что в них покоится лишь пустота. Однако там явно было что-то, странно менявшее форму под подушечками моих пальцев, словно и само не могло определиться, круглое оно или квадратное, толстое или тонкое, большое или маленькое.

— А что тут? — так и не поняв, спросил я.

— То, что тебе будет нужно больше всего в тот момент, когда откроешь, — охотно пояснила Лика. — Этакое портативное благословение. Откроешь на экзамене — внутри будет шпаргалка на твой билет, окажешься перед закрытой дверью — будет ключ, и так далее. Принцип, думаю, ты понял. Но открыть можно один раз, так что не трать понапрасну.

Под пальцами в очередной раз перекатилось что-то выпуклое и снова стало чем-то плоским.

— Только с этим, — она с улыбкой показала на скалящегося чертика на моей груди, — благословение действовать не будет. Хозяева этого и этого не очень ладят, — голубой ноготок игриво пробежался между значком и конвертом.

Я молча затолкал этот странный подарок в карман, пока даже не представляя, когда и где он может мне пригодиться. Лика склонила голову набок, внимательно наблюдая за мной.

— Сейчас уедешь или подождешь, пока вернутся девочки? Знаешь, — игрушечным голоском добавила она, — иногда вовремя уйти — это остаться при своем.

— Подожду.

Пожав плечами, она села за стол и развернула толстую голубую папку, в каких обычно держат офисные документы. Внутри лежали исписанные ровным почерком листы с наклеенной девичьей фотографией в углу каждого. Этакая картотека личных дел обитательниц лагеря, составленная для будущей службы. На верхней бумажке красовалось лицо Ксюши и множество знаков вопросов на полях. Вопросы и подчеркивания мелькали и на других листах.