Кьяра и Франческа, или Бал для Золушек

— Предположим, что на этом текущий инцидент исчерпан. Доменика, у нас с тобой две недели до экзаменов и потом ещё две недели экзаменов. Если ничего не изменится — новый учебный год Анна проведёт в другой школе. Анна, у тебя тоже эти самые две недели и потом ещё две. Если ты ценишь преимущества этого конкретного места — изволь придержать язык. Доступно?

Анна смогла только кивнуть. С другой стороны, ей же велели придержать язык!

В комнате с вечера четверга не изменилось ничего. Вещи Анны так кучей и лежали на кровати — как она их бросила, уезжая. Интересно, они не сомневались, что ли?

Лауры не было видно — наверное, где-то уроки делает, в гостиной или в библиотеке.

— Ну ты даёшь, — только и сказала мама, когда это всё увидела.

— Я ж не думала, что придётся вернуться, — пробурчала Анна.

Потом они вместе перетаскали чемоданы снизу.

— Тебе помочь с этим всем? — спросила мама, сгребая одежду в кучу.

— Нет, я справлюсь. Я до сих пор не верю, если честно. На моей памяти никто не осмеливался в лоб говорить Доменике Приме, что думает.

— Эла осмеливалась. Только уже не в школе, а сильно позже.

— Эла, видимо, просто высказалась, и всё. А ты прямо дала ей бой. И выиграла. И не подумала, что она может тебя одним пальцем в порошок стереть.

— Ну так и мне есть, что ей показать, — усмехнулась мама. — Способ специфичный, конечно, но я им неплохо научилась пользоваться. Эла — да, она сильна необыкновенно, но она из тех, кто отойдёт и переждёт. А если не получится — то пойдёт другой дорогой. И применит силу, только если по-другому не получится. А я могу и в лоб, мне ни в каком месте не жмёт. Особенно, если ради кого другого. И поэтому Аннушка, сокровище, я тебя ещё раз прошу — если вдруг что, не лезь сама, позвони мне. А я уж поговорю — или по телефону, или приеду. Ну и если возьмёшься кого-нибудь учить уму-разуму — то бога ради, делай это осторожно. Договорились?

— Мне дали индульгенцию? — восхитилась Анна.

— Не вполне. Если тебя поймают за руку — тут уже даже я ничего сделать не смогу.

— Я поняла. Буду смотреть по сторонам и стараться, чтобы не поймали.

— Вот именно. Ну и «не придираться» не равно «не требовать».

— Увы. Но я сначала хотя бы погляжу, как это, когда не придираться. И спасибо тебе за это! От Примы такое, как сегодня, то есть извинения, можно раз в жизни услышать, и я услышала.

— Радуйся. А пока давай вещи разложим, если сюда кто-нибудь заглянет — то и придираться не понадобится.

— Мама… — мысль копошилась в голове давно, и если не высказать её — только хуже будет.

— Да?

— Я ведь уже думала, ну, немного, что делать дальше. И думала, что придётся идти в другую школу. Но может быть, мне правда имеет смысл попробовать? Не сейчас и не насовсем, а осенью. Ты же училась в двух разом. И Эла тоже.