Упавший лист взлетел на ветку. Хроники отравленного времени
- Автор: Шмонов Ким
- Год: 2020
- Язык: русский
- Год: Selfpub.ru (неискл)
- Жанр: Боевики
Электронная книга - «Упавший лист взлетел на ветку. Хроники отравленного времени». Краткое содержание книги:
Утомившись кричать, он махнул рукой, к дверям сразу же подбежали шестеро бойцов в шлемах и бронежилетах. Они в один миг вынесли дверь, закинули в дом дымовые шашки и ринулись внутрь.
Буквально через несколько минут все было кончено. Сначала из дома вывели незнакомого мне человека в черной куртке. Ему заломали руки за спину так сильно, что он шел, едва не касаясь лбом собственных колен. Все было тихо: ни перестрелки, ни поножовщины, и никакого сопротивления. Потом повели еще одного. А третьим, последним вели Серегу. Он из всех сил старался идти прямо и отчаянно кричал:
– Да что ж такое, граждане начальнички! У нас и бумаги-то все в порядке. Отпустите руки! Я вам все покажу!
Никто не обращал не его слова внимания. Всех задержанных распихали по машинам и уехали. Стало тихо.
Я в состоянии легкого шока выполз из оврага, отряхнулся от грязи и полубегом, время от времени озираясь, стал продвигаться в сторону города. Что делать дальше – я не знал. В кармане лежали две сторублевки, я должен был всеми правдами и неправдами передать жене деньги. Тогда она смогла бы решить вопрос с сыном. Думал я сейчас только об этом, а все остальное пока не имело значения.
Я шел по обочине, избегая освещенных мест, не рискуя садится в попутки, – можно было запросто попасть на проверку документов при въезде в город, и тогда все могло закончится большими неприятностями.
Когда темнота совершенно сгустилась, я дошел до панельных застроек. Был еще примерно час до полуночи, когда я зашел в подъезд с подслеповатой лампочкой и тихо постучал в дверь.
Дверь открылась сразу же.
– А я знала, что это ты.
– Ты научилась видеть сквозь стены?
– В окно увидела.
Я протянул ей деньги.
– Знаешь, я в одном уверен: наш сын должен был удачливее нас. Эти деньги достались мне каким-то чудом.
– Спасибо, Саша – я почувствовал на щеке влажный поцелуй – Спасибо… Я серьезно не знаю, что бы мы делали, если б не ты.
Я украдкой смахнул набежавшую скупую слезу.
– Знаешь, я ведь то же родитель, как-никак.
– Проходи. Может останешься? Уже почти ночь на дворе. Куда ты сейчас пойдешь?
Теперь ко мне снова вернулась тревога: я вспомнил, как штурмовали дом, и мне захотелось куда-то спрятаться.
– Да, нет, надо идти… Знаешь, я, наверное, уеду по делам на пару дней.
– Давай хоть чаем угощу.
– Ну, давай… А где студент?
– Закрылся у себя. Переживает. – она показала рукой на запертую дверь. Оттуда приглушенно доносился какой-то зубодробительный ритм.
Когда я подошел к своему дому, было уже, наверное, далеко за полночь. Я наощупь пробрался в подъезд, поднялся на третий этаж. Что ж за безответственность такая, опять кто-то выкрутил лампочку.
Я уже немного успокоился, сожалея лишь о том, что сейчас опять лягу спать под утро, и завтра голова совершенно не будет соображать. Надо все-таки завтра написать хоть на пару дней за свой счет, да махануть куда-нибудь. Куда-нибудь…
Доставая из кармана ключи, я соображал, куда я могу махануть при своих финансовых возможностях.
Открыв дверь, я зашел в квартиру и скинул в темноте ботинки. Я повернулся, чтобы включить свет, но он неожиданно включился сам. Прямо передо собой я увидел накрывшую собой выключатель огромную мясистую пятерню.
– Ну что, прилетел, голубок?! – раздался сбоку до боли знакомый голос. Я повернулся.
Передо мной стоял Лысый.
Глава 20. Горыныч. Homo subito mortalis est.
Есть у каждого свой Рубикон, и свой Сталинград,
и даже, хотите верьте – хотите нет, свой Кисловодск.
Из лекции «Об экзистенциализме»
Горыныч неторопливо приближался к панельной многоэтажке, которых в этом районе было достаточно много. В этом доме, на квартире у Цирика, регулярно собирались веселые мероприятия, которые обычно сводились к неумеренному употреблению разнообразного алкоголя и сопутствующим этому развлечениям разной степени разнузданности и развратности. Сегодня там планировалось еще одно.
Горыныч поднялся пешком на четвертый этаж. Хронический недосып и общая нервозность давали о себе знать – но это была всего лишь легкая одышка.
«К черту все эти пьянки!» – подумал он. Пора уже всерьез браться за учебу. Цирик обещал с этим помочь, и, собственно говоря, это и была основная цель визита.
Он подошел к старой деревянной двери, окрашенной темно-коричневой масляной краской. На ней под трафарет белилами была нанесена надпись: