Ожидание andante

…Айна сидела молча. Они не разговаривали уже полчаса. Хомодо несколько раз за это время нырял в воду и возвращался – с мокрой, блестящей на солнце черной кожей. Сейчас он развернулся, положил голову на песок и наблюдал за падающим в горизонт солнцем. Айна тоже смотрела на солнце и ни о чем не думала. Впервые за последние годы разочарований, боли и отчаяния ей стало по-настоящему спокойно, уютно, тепло. Это странное существо оказалось умным и доброжелательным собеседником. Где-то в глубине мозга возникло легкое сожаление о том, что он не человек. И тут же пропало, мысль показалась смешной. Айна наслаждалась. Ей нравилось сидеть рядом с этой огромной умной рыбой. И она подумала о том, что хотела бы встретиться с ним еще раз. Хомодо внезапно повернул голову к ней, приблизил и посмотрел в глаза.

– Мне жаль, это невозможно, ты сегодня умрешь. От тебя исходит запах смерти.

Айна пожала плечами и рассмеялась, запрокинув голову. Она знала, что у нее плохие зубы, дряблая серая отечная кожа, большой вес, от которого все тело покрылось мерзкими складками. Она всё это знала про себя уже давно и ничего не хотела с этим делать, потому что никому это не было нужно. Но Хомодо увидел в ней что-то другое, давно ею забытое, и это ощущение наполняло ее счастьем.

– Это хорошо. Я очень хочу умереть, устала. Только боюсь боли и беспомощности. Мы, к сожалению, не умеем умирать быстро и по желанию. Вернее, умеем, но это у нас не принято. А смерть мучительна. Зато потом – небытие, свобода, отдых. Знаешь ли ты, каково это – смертельно устать?

Хомодо помолчал, глядя в ее глаза. Айна почувствовала исходящую от него волну эмоций, в которой было слишком много всего – как в полузабытом запахе весеннего сада, где перемешались ароматы цветущих деревьев, молодой травы и цветов.

– Я помогу тебе.

Айна вскинулась и спросила с надеждой:

– Умереть?

– Нет, я слишком много убивал. У нас тоже не принято искать смерти там, где она постоянно ищет тебя. Я помогу тебе не почувствовать боль. Хочешь?

– Да.

– Иди за мной в воду.

И он, изящно развернувшись, в один момент исчез в прибое. Айна, тяжело перевернувшись на четвереньки, с трудом поднялась на затекшие ноги и, не снимая халата, вошла в море по шею. Хомодо выпустил многочисленные белые нити из-под наплывов по бокам, стал кружить рядом в воде, и щупальца безостановочно заскользили по ее телу. Эти прикосновения не вызвали у нее отвращения. Стало тепло, в теле появилось ощущение легкости.

– Если захочешь меня увидеть, просто приди сюда. Позови. Прощай.

И Хомодо исчез черной тенью в глубине.

Когда Айна повернулась к пляжу, там было полно ее соплеменников. Именно так она о них и подумала. Они галдели, как глупые птицы, пили, ели, перемещались, шумно забегали в воду. Шум голосов накрыл ее, словно лавина, и на миг оглушил. В глазах потемнело. Никто не обратил внимания на некрасивую пожилую женщину, явившуюся из воды. Ночью она умерла во сне от сердечного приступа.