Стена между нами

— Она нарушила условия испытания. Отказалась принять свое будущее, точнее, попыталась исказить то, что предопределено богами, — Айоней буквально прожигает меня взглядом. — Она лжет вам, пытается скрыть что-то, даже дерзнула спорить с Прародителями, заменив их решение своим собственным. Ведь я прав?

Магия лхасси проникает в мое сознание, подавляет волю, сметает тщательно возводимые барьеры, оказавшиеся не надежнее стен песчаного замка. Я буквально чувствую огонь сехеди в своей голове, ощущаю, как память рушится, погружаясь в океанские глубины глаз ардере. Сердце пропускает удар, ноги слабеют. Мне удается устоять лишь по счастливой случайности.

Сила лхасси бесцеремонно вторгается в слабую оболочку человеческого разума, тщится прочесть мои мысли, услышать то, что слышала я, увидеть своими глазами, что же произошло там, в темноте видений.

Я хочу попятиться, отвернуться, убежать, но словно вязну в густой патоке. Тело мне уже неподвластно, ему приказано стоять на месте — и оно повинуется ардере.

— Айоней! — резкий окрик Дорнана разбивает жуткое наваждение. — Вы пугаете госпожу Лиан. Уверен, она сможет объяснить произошедшее.

Теперь все взгляды устремлены на меня одну.

— Алти-ардере. Почтенный сехеди, — голос противно дрожит, выдавая страх и растерянность. — Если позволите, я не нарушала условий испытания. Вы сказали, что будущее в моих руках. Возможно, я поняла это наставление слишком буквально, поэтому позволила себе лишнее: забрала из видений лишь то, что согревало моё сердце.

— Ты смеешь утверждаешь, что действовала по моему указанию? — в голосе Айонея слышатся рычащие нотки.

— Нет, что вы, — смотрю на Дорнана, если кто и защитит меня, то только он. — Лишь объясняю, что причиной ошибки является моя излишняя старательность, а не злой умысел.

Но сехеди не верит мне, чувствует ложь, скрытую изящными словами.

— Что ты пыталась утаить, женщина? — он подходит почти вплотную, нависает надо мной, вынуждая смотреть на себя снизу вверх. — Какую часть видений, остужающих нежное сердце, ты прячешь?

— Ту, которой нет места в жизни достойной спутницы ардере, — отвечаю громко и твердо, мысленно умоляя всех богов и духов заставить несущего пламя поверить. — Вы говорили, что записанное станет единственно возможной реальностью, тогда почему осуждаете за то, что я пыталась сделать эту реальность лучшей из возможных?

Лицо Айонея багровеет от гнева. Мне кажется, еще чуть-чуть — и он меня ударит. Но сехеди хватает самообладания не поднять руку на женщину — слабую, лживую человеческую женщину.

— Ты заигралась, девочка. Мир кругом не подчиняется твоим желаниям, у него свои законы и правила. Каждое решение имеет причину, каждое действие — последствия. Ты попыталась разорвать эту связь, и теперь твоего будущего не существует вовсе. — Он бросает под ноги пустую золотую пластину: последние руны на ней исчезают на глазах. — Ты не прошла проверку, — добавляет он с видимым облегчением, — тебе следует незамедлительно удалиться.