Взрослые игры (СИ)
- Автор: Архипова Анна Александровна
- Серия: Тонкая линия #3
- Язык: русский
- Жанр: Романы для взрослых
Электронная книга - «Взрослые игры (СИ)». Краткое содержание книги:
- Через сорок минут я должен возвращаться в Токио на финал сегодняшней политической сессии. Может, пока есть время, прогуляемся, Юки? – предложил неожиданно он. – С приусадебного участка открывается изумительный вид на Фудзи-сан. Иди, оденься, я подожду тебя у входа.
«Ясно, - вздохнул про себя Юки – значит, он заехал ненадолго».
Но Юки не заставил себя долго ждать. Распаковав в комнате сверток, он нашел там всё необходимое – в том числе пальто со шарфом и теплые зимние ботинки. Акутагава ждал его снаружи, стоя под энгавой и сунув руки в карманы. Неподалеку от него курили двое его личных телохранителя – они собирались сопровождать их во время прогулки.
- Идём, - Акутагава протянул ему ладонь и Юки без колебаний вложил в неё свою.
Тэкесима и Сугавара выждали некоторое время, отпустив их от себя, затем зашагали следом.
Мощеная дорожка была аккуратно очищена от снега и вилась меж деревьев: то поднимаясь на пригорок - откуда можно было лицезреть пушистую шапку облаков вокруг величественного вулкана – то поворачивая к низинам, заросшим кустарником. Стояла тихая солнечная погода с легким привкусом мороза.
- Акутагава…
- Да?
- Твое выступление сегодня… - Юки замолчал, пытаясь четче сформулировать вопрос. – То, что ты говорил… Это правда? В смысле, ты действительно хочешь, чтобы все эти полезные реформы были проведены?
- Иными словами, ты желаешь знать, лгал ли я, - усмехнулся Акутагава, с его губ сорвалось облачко пара.
- Ну и…?
- Юки… - он остановился и повернулся к нему. – Мне на самом деле трудно говорить об этом, но я понимаю, что мы с тобой нуждаемся во взаимной откровенности. Я потерял тебя в прошлый раз, потому что не хотел рассказывать слишком много. Но сейчас я не собираюсь повторять старых ошибок… Я всегда хотел заниматься политикой. А политика предусматривает ложь, предусматривает лицемерие. С одной стороны, я лгал сегодня во время выступления – потому что точно знаю, что проблемы не решаются во время подобных официальных встреч. Реформы планируются и осуществляются вне общественности, народ видит только конечный результат тайной работы политиков. Я говорил всё это для публики – для того, чтобы произвести впечатление, повысить свои рейтинги и тому подобное. Но, в тоже время, я говорил и правду – мне не наплевать на то, как функционирует наше общество, как работает правительственный аппарат, и к чему нас в будущем приведет политика лоббирования американских интересов. Я хочу, чтобы в нашей стране не было коррупции, не было отчуждения между народом и правительством, чтобы те, кто на самом деле нуждаются в помощи – получали её. Я хочу что-то изменить в том мире, понимаешь меня, Юки?… Так каков ответ на твой вопрос? Не «да» или «нет». Могу лишь сказать, что я хочу лучшего для этой страны и её народа.
Юки выслушал его очень внимательно.
- Я верю тебе, - прошептал он. – Раньше я боялся, что ты займешься промыслом отца. Но сейчас я вижу, что ты выше этого. Я горжусь тобой.
Акутагава слабо улыбнулся.
- Я рад, что ты так думаешь. Может, будешь взаимно откровенен? Почему ты сбежал?
Молодой человек тяжело перевел дыхание:
- Я… Я испугался. Это было импульсивное решение… Я жил в том общежитии, работал как раб на плантации, и не видел просвета. Я думал, что не смогу поступить в университет. Меня посещала мысль вернуться к тебе – но гордость просто не позволяла сделать и единого шага назад… А потом вдруг обнаружилось, что бабушка оставила мне деньги – около ста тысяч в долларах и евро. Я ужасно обрадовался, стал планировать куда я поступлю, но, поверь, тогда у меня и мысли не было менять имя…
- Так что же произошло?
- Ив. Он просто пришел в магазин, где я работал. Он… Он будто продолжал преследовать меня, он делал какие-то угрожающие намеки – а я знал, какой он псих и как легко может решиться на преступление. И я испугался. Я купил чертовы поддельные документы почти не думая о последствиях. Я просто хотел уехать подальше от всех этих перипетий и опасностей…
Акутагава молчал с минуту, потом проговорил:
- Какой же он всё-таки сукин сын! Он и словом об этом не обмолвился, когда я вызвал его и приказал найти тебя.
Юки тоже немного помолчал.
- Он всё еще с тобой? – спросил он. – Он работает на тебя?
- Не совсем, - его спутник покачал головой. – Я одолжил его израильтянам на время. Даже жаль, а то сейчас бы скрутил его в двойной морской узел.
- Ты все такой же, - Юки шмыгнул носом, который потихоньку начал подмерзать.
- Какой? – переспросил Акутагава. – Манипулятор?
- Да. Но я решил - ты нужен мне независимо от того, что сделал в жизни. Мне понадобилось пять лет, чтобы дозреть, но сейчас я спокоен, когда говорю это. Да, ты манипулятор. Но при этом ты ценный человек, ты мой любимый человек…
- Ты принимаешь тот факт, что я убийца и мои отношения с отцом выходили за грань нормы?
- Я надеюсь, что ты мне объяснишь. Я очень на это надеюсь… И почему про отца ты сказал в прошедшем времени?
- Потому что после того, как ты ушел от меня, я предупредил отца – если он еще раз до меня дотронется, я просто его убью. Он не стал рисковать и проверять. И сейчас папочка любит меня на расстоянии. Мы с ним деловые партнеры.
- А убийство? Зачем тебе понадобилось кого-то убивать, когда ты был ребенком? Тебя отец заставил, да?
- Нет. Я сам хотел убить этого ублюдка. И убил. Так я отомстил за свою мать, которую он довел до смерти. И я никогда об этом не пожалею. Такие подонки должны не ходить по земле – а лежать в могилах, где они больше никогда и никому не смогут причинить вреда и боли.
Из глаз Юки побежали слезы. Теперь он понял.
- Почему ты мне сразу не сказал? – всхлипнул он.
- А ты хотел меня слушать?
Юки низко опустил голову. Акутагава сделал шаг к нему, руками обхватил голову и заставил его посмотреть ему прямо в глаза:
- Давай оставим это в прошлом? Не забудем, не закроем глаза, а просто пойдем дальше. Вместе.
Юки обхватил запястья Акутагавы пальцами, гладя кожу и утопая в желанной близости. Но подушечками пальцев он вдруг почувствовал небольшой рубец, и это напомнило ему, что вот этот вопрос остался еще не разъясненным. Юки отнял от себя его ладони и чуть отодвинул в сторону ткань пальто, глядя на шрамы.
- Так что это?…
- Я порезался, - невозмутимо ответил кареглазый молодой человек.
- Ясно, что не обжегся! Такие шрамы остаются тогда, когда… - Юки задрожал, додумав мысль до конца. Когда режут вены, желая окончить жизнь самоубийством. Он с ужасом уставился на Акутагаву: - Ты… ты…
- Я хотел застрелиться. Но Тэкесима и Сугавара забрали у меня оружие и постоянно следили за мной. Тогда я улучил момент - ушел в ванную и разрезал вены. Это выглядело как-то по-девчачьи, но более «мужественного» варианта под рукой на тот момент просто не было. Ну не пытаться же сделать себе харакири бритвенным лезвием, верно? - Акутагава говорил то так, словно пересказывал забавный фильм. Легко. Отстраненно. Чуть насмешливо.
Юки прижал кулак ко рту, его зубы стучали, словно он промерз до мозга костей. Чуть совладав с собой, он вцепился в пальто Акутагавы и встряхнул его:
- Почему? Почему?
- Я думал, что ты умер. Я не хотел жить без тебя.
После эти слов Юки разрыдался и повторяя: «О Боже, Боже, Боже!» начал оседать на мерзлую землю. Акутагава подхватил его и прижал к себе. Крепко-крепко. Юки спрятал лицо у него на груди, не переставая дрожать. Так они простояли минут пять. Потом Акутагава мягко приподнял его лицо за подбородок и сказал:
- Это уже ушло, Юки. Это в прошлом. Слышишь?
Тот слабо кивнул в ответ.
- Тогда поцелуй меня. Времени у нас мало, сейчас мне уже нужно будет уезжать.
Юки подтянулся и солеными от слез губами прижался к его рту. Тот наклонил к нему голову, губы Акутагавы были горячими, резко контрастируя с холодным воздухом и заставляя голову затуманиться от головокружительных ощущений… Горькие слёзы, обжигающие поцелуи, дыхание зимы и запах сосен, припорошенных снегом…