Шиноби Мрачного Рассвета [не закончено]

Эта тень не такая, как все. У нее есть рука. И кунай.

Девушка вздыхает во сне, переворачиваясь на бок. Лезвие это не останавливает — оно движется так же, как и тень. Следом за криком ночной птицы, вместе с шорохом ветра за окном.

Тень уходит, так же, как и пришла. Она не такая, как остальные, но она часть этого дома. Растворившаяся в скрипе старых стен и голосах ночной жизни, в дыхании спящих и шепоте ветра.

Ночь идет, а следом идет и тень. Лестница. Первый этаж. Терраса. Сад. Невысокая оградка, и вот она уже в парке кланового квартала.

Здесь тень позволила себе вновь стать Ульгримом.

— Уф... — мечник тряхнул головой, отгоняя остатки транса, и потянулся, разминая ноющее тело. Танец тени дался ему непросто, несмотря на все тренировки. Больно уж специфичная нагрузка на мышцы и связки. Но на что только не пойдешь ради друга.

Ульгрим усмехнулся и разжал кулак. Добычей грандмастера стала прядка черных как смоль волос. Хотелось верить, что Юна пропаже значения не придаст. Ну а если и придаст, пусть гадает, когда и что за поклонник успел обзавестись трофеем. О симпатическом аспекте некромантии куноичи этого мира знать неоткуда. А вот незаметно приблизиться к Варкастеру ей теперь не светит.

Запечатав добычу в выданной магом фуин, Ульгрим зевнул и отправился домой. До утра еще можно ухватить несколько часов сна.

***

Солнце медленно поднималось над барханами. Первые лучи светила мягко ласкали кожу, ни единым намеком не выдавая, в каких демонов превратятся через пару часов. Над пустыней висела тишина, нарушаемая лишь едва слышным шорохом песка. Существа ночи уже расползлись по укрытиям, те же немногие, кто предпочитал жить, мирясь с убийственной яростью солнца, еще не покинули своих нор.

Раса сидел на скале, высунувшей тупую вершину из песчаного океана и в задумчивости смотрел на горизонт. Днем он мог бы различить узкую полоску корявого кустарника — границу пустыни, на которой пески начинали сдавать свою власть. Но в этот час взгляд так далеко не проникал, теряясь в затянутых сумерками ложбинах меж барханов.

Тот, кто просил о встрече, запаздывал, и йондайме казекаге скрашивал ожидание, вновь, в который раз, перебирая в памяти рассказ дочери.

Темари больше всего волновал младший Намикадзе. Продемонстрированная неистощимость запасов чакры даже заставила куноичи высказать предположение, что тот замаскированный джинчурики. Главным аргументом выступали покрывающие изрядную часть тела Наруто татуировки, в которых можно скрыть экранирующие печати. Увы, Раса вынужден был констатировать — несмотря на все предпринятые усилия, в фуин его старшая осталась профаном. А меж тем куда более реальный ответ лежал на поверхности. Почему бы известному сеннину не обучить своему искусству сына? Конечно, для возраста Наруто это поразительный успех, но выдающийся талант выглядел куда реалистичней татуировки, способной полностью заблокировать от сенсоров силу хвостатого.