Зарубежный детектив

— Пожалуй, да.

— Прекрасно. Если он это сделал, он прошел бы прямо в дом, увидел Клинтона Фоули, наставил на него пистолет и без лишних слов нажал на курок — пиф-паф. Не стал бы он там болтаться и трепать языком, пока Фоули вытирал пену с лица. Он не стоял бы столбом и не дал бы Фоули вернуться в ванную спустить с цепи свирепого полицейского пса. С вами, ребятки, одна беда — стоит вам наткнуться на мертвое тело, как вы тут же начинаете выискивать, кто лучше всего сгодится в подозреваемые. Вы закрываете глаза на доказательства, не пытаетесь понять, на что они указывают.

— А на что они указывают? — спросил сержант Хоулком.

— Черт возьми! — устало сказал Перри Мейсон. — Пока что почти весь сыск по этому делу провел я один. Но я не намерен делать за вас всю вашу работу. Вам за нее деньги платят, не мне.

— Насколько мы знаем, — заметил сержант Хоулком, — вам порядочно заплатили — за все, что вы успели наработать по этому делу.

Перри Мейсон громко зевнул и произнес:

— Это одно из относительных преимуществ моей профессии, сержант. Оно, однако, имеет и свою отрицательную сторону.

— Какую? — спросил Хоулком с любопытством.

— Такую, что платят исключительно за способности, — ответил Мейсон. — Мне хорошо платят за работу лишь потому, что я доказал, что способен хорошо с ней справляться. Когда б налогоплательщики ежемесячно вручали вам жалованье только по результатам работы, вам, чего доброго, пришлось бы несколько месяцев прожить впроголодь, если б вы не проявили больше смекалки, чем сейчас.

— Хватит, — дрожащим от возмущения голосом сказал сержант Хоулком. — Я не позволю вам тут рассиживаться и меня оскорблять. Это вам не поможет, Мейсон, и неплохо бы вам это понять. В этом деле вы не просто выступаете адвокатом. Вы подозреваемый, черт возьми!

— Я догадался, — ответил Мейсон, — поэтому и сказал, что сказал.

— Послушайте, — заявил Хоулком, — либо вы лжете, что отправились туда к половине девятого, либо нарочно темните, чтобы запутать дело. Освидетельствование тела показывает, что Фоули был убит где-то между половиной восьмого и восемью. Когда прибыла группа по расследованию убийств, он был мертв вот уже сорок с лишним минут. От вас одно требуется — показать, где вы находились между половиной восьмого и восемью, и вас перестанут подозревать. Какого черта вы не хотите пойти нам навстречу?

— Я же вам говорю, — ответил Мейсон, — что не помню точно, чем в это время был занят. Я даже на часы не смотрел. Вышел пообедать, прогулялся, выкурил сигарету, вернулся к себе в контору, снова спустился на улицу, погулял, покурил и поразмышлял, затем поймал такси и отправился на встречу.