Ритмы улиц

— А где Мари? — поинтересовался Грозный, вертя башкой.

— Да вон, из лифта выходит, — кивнул я, заметив рыжую.

Она была верна себе — никакой косметики, волосы стянуты в хвост, а вот в одежде, кажется, была верна всё же мне. Иначе откуда эта черная поло и джинсы? Еще и кеды почти как у меня — только если я был верен черным «конверсам», то Золотцева натянула самые обычные, но тоже черные.

— Не смотрите так на меня — я вечернее платье с собой не взяла! — заявила девушка, поравнявшись с нами.

— А оно у тебя есть? — не удержался я от вопроса.

Мари бросила в меня один из своих взглядов-шпилек и первой пошла в сторону выхода. Ефим покачал головой, одними глазами говоря мне о степени моих манер, и пошел за девушкой. Мне ничего не оставалось, кроме как последовать за ними.

К слову — зря мы так волновались по поводу внешнего вида, поскольку все гости выставки были одеты нам под стать. Видимо, у модной тусовки свои законы. От огромных фото я был не то, чтобы не в восторге — мне было никак. Ну да, я же уже говорил, что не знаток. Маша, кажется, тоже не особо разбиралась в современном искусстве, но посматривала по сторонам с живым интересом. Вот кто точно кайфовал, так это Ефим. Он буквально пожирал взглядом все работы — портреты, виды городов, какие-то росинки и прочую хрень. Но от чего его было просто невозможно оторвать, так это от самого дальнего угла. Там расположилось около десятка фото одной и той же модели — высокой и, бесспорно, красивой молодой девушки. Про таких говорят, что они относятся к весеннему типу внешности — они хрупкие и свежие, почти хрустальные. Вот и девушка на фотографиях была именно такой — полупрозрачная бледная кожа, несколько точек веснушек, светлые глаза, нежный взгляд. Она была сняла с разных ракурсов, были и черные и цветные фото, и на всех она была потрясающе красива и нежна.