Телохранитель Ее Величества 1. Точка невозврата [АТ]

Начал я издалека, и по лицу моему было видно, что приближаться буду медленно. Она вся перешла во внимание.

— На самом деле я сейчас разговариваю не с тобой, а с Афиной, твоей аватарой. Но в отличие от начала вечера, ты меня хотя бы слышишь.

— Тебя две, Камилла, — объяснил я. — У вас обеих одно тело, одно сознание, одни на двоих навыки и жизненный опыт. Но вы — разные. Первая и главная из вас — собственно сеньорита Диез де Сарагоса. Давай начну с неё?

Я прокашлялся и сделал глоток футбольного коктейля. (2)

— У неё было тяжелое детство, — начал я. — Нищета, приют. Медом ту жизнь не назовешь. Верно?

Вопрос риторический.

— Трудно ей было. Но однажды эта девочка разозлилась и захотела стать сильной, крутой. В собственном понимании, конечно. Сделать так, чтобы её больше не обижали. С этой целью она написала заявление в службу вербовки корпуса королевских телохранителей, отбирающей кандидаток для программы пополнения.

Данная история применима ко всем здесь сидящим, я не сказал ничего нового. И поэтому всем стало интересно, что последует дальше. Каждая невольно проецировала ситуацию на себя. Аудиторию я приобрел.

— Затем эта девочка прошла все мыслимые и немыслимые отборы, — продолжил я, — и… О, чудо! Её взяли. И начали учить тому, чему не научат нигде. Никто из сверстниц в детском доме с того момента не сравнился бы с Камиллой ни по одному параметру. Но…

Я вздохнул.

— …Но жизнь в корпусе оказалась точно такой же, как и вне его.

Дисциплина, учеба, обязанности, наряды и вахты, кураторы… Это важно, это внове, но сам принцип остался таким же, как везде. Старшие и здесь диктовали, как жить, что делать и что не делать, чтобы не отхватить. Если я ошибаюсь, поправь меня, пожалуйста?

Я бы удивился, если б она поправила.

— Но годы идут, Камилла, время неумолимо, — усмехнулся я. — И вот уже эта маленькая девочка прошла Полигон. А вот приняла присягу. Ну, а после примерила нашивки хранителя, личного стража коронованных особ. Хороший подъем в её жизни, неправда ли? Теперь уже никто не посмел бы пнуть эту девочку, обидеть ее…

Пауза.

— …Но былой девочки к тому моменту больше не существовало. К моменту присяги её вытеснила другая девочка, которая совсем даже не девочка.

Ее зовут Афина. Она гордая надменная воительница, достойная имени великой богини, которое взяла себе в качестве прозвища и щита прежняя Камилла. Щита, родная моя! — повысил я голос. — Афина — аватарка, за которую ты пыталась прятаться. Хорошая динамичная, но… Не настоящая. Ты придумала ее, где-то на подсознательном уровне, вложила в неё свои желания и стремления, и заблокировала страхи. Она стала сильной, давала за тебя отпор, не позволяла не считаться с твоим мнением. Ты поднималась по ступеням негласной иерархической лестницы, при этом, в душе оставаясь самою собой. И это было удобно: ты знала, что то, что она делает — не твои поступки, и от этого становилось легче.

Но она маска, Камилла! — закончил я. — Удобная, решающая проблемы… Маска.

Я говорил эмоционально, вкладывал в каждое слово все свои силы, будил в себе весь имеющийся дар красноречия. Они должны были не просто понять, но почувствовать, что я говорю. Ведь дело не в ней, не в Афине. И наша дуэль — не состязание двух людей. Это состязание человека и Системы, меня и корпуса. И если я не нанесу удар по Системе, по её внутреннему устройству, а именно мировоззрению девочек, корпус прогнет меня под себя, и я даже не пикну.