Убивают не камни

— Не разводи болтологию, Коромысло! — улыбнулась Зинка. — Не думаю, что придется тебе сильно раскошелиться. Я постараюсь опустошить чужие карманы! Я никогда не проигрываю, кореш.

— А ты что, катать шары умеешь? — вытаращился тот.

— Она много чего умеет, — сказал Судоркин. — Ты ее талантов не знаешь.

Повеселев, Коромысло растянул до ушей улыбку:

— Это совсем другой коленкор, Зинуля.

Она подняла стакан с водкой.

Довольно быстро Акламину удалось установить, кто был напарником Судоркина. Помогло описание, какое дал Корозов, а также отпечатки, оставленные в квартире. Они были в картотеке. Оперативники стали искать Коромысло. А Корозов параллельно поручил это Исаю.

Мысли о письме Павла не покидали Глеба.

Зная брата, он сомневался, что тот мог отправить письмо без полной уверенности, что оно дойдет до адресата. Представлял, как бы он сам поступил в подобном случае? И останавливался на одном варианте: ценное, до востребования. Но для этого адресат должен ждать письмо и справляться о нем на почте, а он ничего не знал. Следовательно, сообщить об этом ему должен был сам Павел, либо, если у него сорвется, его жена. Возможно, чтобы защитить жену, он не посвятил ее во все тонкости дела, но не сомневался, что она скажет Глебу о письме. А уж Глеб должен догадаться, как его разыскать и получить.

Корозов отправился на главпочтамт. И угодил в самую точку. Ему подали письмо. Он сунул его в карман, вышел с почты и вскрыл в машине.

В конверте между плотными листами бумаги нашел плоский ключ с номером банковской ячейки. И все. Лишь на одном из листов были размашисто выведены слова: «На имя Глеба Корозова по предъявлении паспорта».

Теперь надо было искать банковский сейф, в каком находились все разгадки. Не сразу, но Глеб нашел этот банк и сейф.

В нем была шкатулка с письмом и роскошным золотым гарнитуром с крупными алмазами, но без перстня. Глеб даже не мог представить всему этому цену.

Письмо Корозов спрятал в карман. В шкатулку положил перстень и оформил аренду новой банковской ячейки. Переложил шкатулку и закрыл ее.

Теперь оставалось прочитать письмо, чтобы окончательно во всем разобраться.

Вышел из банка Глеб с чувством облегчения. Драгоценности были у него. Впрочем, облегчение быстро сменилось огорчением. Ведь теперь только он один становился объектом для охоты преступников, как только они пронюхают, что гарнитур у него. Корозов совершенно не знал, что делать с гарнитуром.

В то же самое время, когда Глеб с двумя охранниками вышел из банка, в одной из машин, какая подъехала к банку следом за его автомобилем, из-за темного стекла пассажирской двери за ним внимательно наблюдали глаза Судоркина. Коромысло сидел за рулем, приговаривая:

— Здесь не возьмем, кореш. Его охрана покрошит нас, как луковицы на жаркое. У него еще в машине бугаи сидят.

— Стоило бы пришить его, да рано. — Не отрывая глаз от Корозова, пробормотал Судоркин. — Будем брать! Но не сейчас, чуть позже!

— Вот я и говорю, кореш, — согласно с облегчением выдохнул Коромысло. — Здесь трудновато пришлось бы нам.