Здесь все взрослые [litres][All Adults Here]

А вот как часто она хотела совершить путешествие во времени и выйти замуж за Джереми Фогельмана, сколько раз в год она колотила подушку в спальне и твердила себе: какого хрена ты медлила, Портер, когда тебе было двадцать? Чего ждала? – об этом она нипочем не расскажет. Человек, которого она любила, мог принадлежать ей целиком и полностью, а не от случая к случаю, как в последние восемнадцать лет. Об этом она не говорила никому. Все – мама, Рэчел, Джон Салливен – знали, что в юные годы Джереми был ее парнем, но никто и не ведал, что роман продолжался и после того, как Джереми женился. Они часто встречались на ее ферме, а порой, когда хотелось шикануть, ехали на Манхэттен и снимали скромный номер в лучшей гостинице, какую могли себе позволить. Еще у ветеринаров проходили ежегодные конференции, в экзотических местах: Миннеаполис в августе, Мемфис в феврале! Портер всегда находила способ поехать. Она застолбила этот участок первой, первой у него была она. Все, что происходило потом, наслаивалось сверху, как какой-нибудь крем или сироп. Их отношения с Джереми первичны, как первичны бананы в банановом десерте.

Последний раз, два года назад, они встречались в Нью-Йорке, в Бруклине, где люди их возраста все еще пытаются найти себя. Они действовали по обычной схеме, Портер сняла номер в гостинице (шикарная новая стекляшка в форме перевернутой пирамиды), а потом она и Джерри «случайно» встречались в баре, ресторане или кинотеатре и сидели рядом друг с другом, поражаясь такому совпадению. Дальше – гостиница, бурный секс, душ, потом Джереми уходил, а Портер лежала в одиночестве на чистых гостиничных простынях и смотрела дурацкие телепередачи. Вроде бы все по кайфу, если особо не задумываться.

Однако в тот раз все вышло иначе. Портер кое-что задумала. Они пообедали в мексиканском ресторане неподалеку, она выпила три крепких «маргариты», и после каждой язык у нее развязывался все больше.

– О’кей, – сказала она. Они пробирались через гостиничный вестибюль, задевая стены и друг друга. – Я тут кое о чем подумала.

– Я тоже, – подхватил Джереми. – О том, как содрать с тебя трусики и облизать тебя, чтобы орала в голос.

– Погоди, – оборвала его Портер. – Это прекрасно, через минуту мы к этому вернемся. Но я серьезно. – Она остановилась, оперлась о дверную раму. – Ты несчастлив.

Джереми засмеялся.

– С чего ты взяла? У меня есть все, что можно желать. – Он подошел поближе, сжал большими руками ее бедра. Портер уперлась ладонью ему в грудь.